Книга Интенция, страница 61 – Виктория Побединская

Надо ее отпустить. Ни во что хорошее эти отношения не выльются, и та граница, на которой балансирует эта странная… привязанность… больше напоминает черту между садомазохизмом и одержимостью.

— Он теперь всегда такой? — повернувшись к Арту, спросил Шон, поглядывая поочередно то на меня, мечущегося по комнате, то на Кавано.

— Кажется, она пробуждает худшее в нем, — ухмыльнулся Арт, рукой отодвинул свои вещи с покрывала и плюхнулся сверху. Если кровать Рида была идеально заправлена, то чтобы разгрести завал на койке Арта, понадобилась бы лопата.

— По крайней мере, он больше не выглядит как труп.

— Ничего, что я здесь? — откликнулся я, сжав до треска пластиковый подоконник. — Знаете, если до этого я считал, что нравлюсь ей, то теперь мне кажется, она меня ненавидит, — многозначительно добавил вслух, указывая на компьютер, под крышкой которого горели слова из рассказа Виолы: «Никогда в жизни не встречала кого-то более раздражающего. Настолько, что при виде его так и хотелось либо послать, либо вмазать!»

Арт проследил за моим взглядом и, повернувшись к Шону, с видом практикующего психотерапевта произнес:

— Кажется, ему и правда мозги прополоскали, да так, что все извилины разгладились.

Шон по-доброму улыбнулся, подошел и похлопал меня по плечу.

— Ты ей нравишься, это же видно. Просто пойди, поцелуй ее и наконец успокойся, — основательно произнес он.

— Уже, — развел руками я, — и помнишь, чем это в прошлый раз закончилось? К тому же я пообещал, что не приближусь к ней. Да и Тай... — я бросил стыдливый взгляд на его постель, на которой теперь громоздилась пирамида из шмоток Арта, — вряд ли бы понял.

— Ты идиот, Ник, — вклинился Арт. — Тая больше нет, а ты жив, и ты — здесь.

— Думаешь, ему приятно знать, что лучший друг увел девушку, которую он всю жизнь боготворил?

— Эй, а вот это обидно, — отозвался Артур. — Я считал твоим лучшим другом себя.

— Не суть, так что не передергивай.

— Может, он наоборот рад, что ты сможешь позаботиться о ней, так как он не смог, — вмешался Шон.

— Так что пойди и поцелуй ее не потому, что чувствуешь себя обязанным, а потому что сам этого хочешь, — закончил Арт.

— Все, что я чувствую, так это то, что история повторится, и она снова вмажет мне по лицу, — ухмыльнулся я.

Арт выудил из-под задницы журнал и, откинувшись на кровать, пожал плечами.

— Значит, пойди и убедись, что в этот раз она ударит с другой стороны, для симметрии!

Я схватил телефон и, пока не передумал, быстро бегая пальцами по экрану, набрал:

«Я прочитал твой рассказ. Надо признать, он лучше, чем я ожидал. Как главный герой согласен дать интервью». И нажал кнопку отправить.

Перечитав снова, упал спиной на кровать и, закрыв лицо руками, застонал. Ну что за бред. Впервые за два года я понял, почему Таю было так тяжело писать ей письма. Кажется, эта самая любовь отвратительно беспощадна.

Через две минуты пришёл ответ. Виола разозлилась, ее эмоции буквально сквозили в каждом слове.

«Если ты решил до смерти забросать меня своим остроумием, то я уж как-нибудь обойдусь»

Нужно было поменять тон.

«Каюсь, перегнул!» — написал я, бездумно приглаживая руками волосы. — «Можем ли мы увидеться снова?»

«А если я скажу нет?» — тут же ответила Виола.

«А ты не говори…»

«…пожалуйста» — добавил я спустя пару секунд.