Книга Синдром самозванки, или Единственная для Палача, страница 92 – Джулия Рокко

Все потянулись на крыльцо к поданным экипажам. Оказалось, что по этикету на все статусные светские мероприятия считалось хорошим тоном прибывать на колясках, запряженных лошадьми. Самоходные же мобили, несмотря на их бешеную популярность и практичность, считались для этих целей недостаточно роскошными.

Я уже было переступила порог особняка, как крепкая мужская рука обвила моё предплечье и резко потянула назад. Входная дверь тихо хлопнула прямо перед носом, меня бесцеремонно развернули, и я оказалась лицом к лицу с разъяренным Лордом.

— Как ты выглядишь?! - прошипел он, буравя выцветшими от сдерживаемого гнева серыми глазами.

Я задрала подбородок и дерзко уточнила:

— Сногсшибательно?

Ответить на мой выпад Рэтборн ничего не успел. Входная дверь снова приоткрылась и в образовавшемся проеме зазвучал голос Хэйдена:

— Вряд ли хорошая идея провоцировать феникса на магический всплеск.

Я растерянно оглянулась, понимая, что видеть нас принц ну никак не может. Однако, похоже, подобная мелочь совсем не помешала ему догадаться о попытке старшего братца меня отчитать.

— Отец уже начал дергаться, так что отложите свои разборки до возвращения домой, - рассудительно посоветовал он.

Рэт резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и разжал руку.

— Схватишь меня ещё раз и я тебя поцелую… - пообещала злому, как тысяча чертей, Лорду и, развернувшись на каблуках, поспешила покинуть особняк.

— Спасибо, - шепнула на ходу улыбающемуся Хэйдену и похлопала его по плечу.

Настроение у меня было просто распрекрасным.

Однако, когда мы ждали своей очереди в образовавшейся на подъезде к особняку герцогини пробке, меня вновь одолел мандраж. Всё же склонностью к эпатажу я никогда не отличалась. А то, что наряд Реджи-поневоле вызовет настоящий скандал, сомневаться не приходилось.

Едва мы уселись в карету, как Рэтборн превратился в ледяную глыбу, лениво и равнодушно рассматривая меняющиеся пейзажи за окном. Он демонстративно отказывал мне даже в крупицах своего внимания, делая вид, что свалившаяся ему на голову самозванка просто перестала существовать.

В приступе бессильной злости я сжала кулаки, а потом повыше задрала нос, решив отплатить главному Лорду Тайного Приказа той же монетой.

В карете нас ехало четверо - кроме меня и Рэта старый ундер и Хэйд. Ундер дремал, что внушало определенную тревогу, уж больно сильно он сдал за последнее время, всё меньше бодрствуя и всё больше отдыхая. Хэйден, зеркаля старшего брата, также поглядывал в окно. Однако, его цепкий, полный лисьего коварства взгляд то и дело возвращался ко мне.

По иронии, вести непринужденную беседу в этой компании могла только я. Но мой единственный компаньон спал, Рэт изображал немого, а Хэйден в присутствии отца вообще избегал подавать голос. Подозреваю, по причине того, что принца ундер недолюбливал особенно рьяно. Я искренне сожалела об этом. Пожалуй, из всех сыновей рода Уркайских, золотоглазый вызывал у меня наибольшую человеческую симпатию и сочувствие.

Жаль, что тогда, под воздействием вина истины, мне не удалось разглядеть его магическую суть. Теперь подобные видения не пугали. Очевидно, так в измененном восприятии реальности проявлялась магия каждого из нас. Ещё неизвестно, как на тонком плане выглядела бы я сама.

На ум пришло заклинание из недавно проштудированного учебника, не столько запретное, сколько считающееся неприличным, нарушающим личные границы мага-аристократа. Сделалось так любопытно, что я не слишком-то вежливо уставилась на Хэйда практически в упор.