Книга Разведенная помощница для генерала, страница 142 – Виктория Свободина

— Анечка! А-анечка-а!

— Людмила Евгеньевна, не плачьте, скажите, что случилось.

И бывшая родственница тут же поведала свою горькую историю. Ненаглядный Костя, с которого она пылинки сдувала, ушел в загул. Ну ладно, что со мной развелся, всякое бывает, хоть и печально, но он вот уже пару недель как вернулся из-за границы, сказал, что его уволили и теперь ведет себя кошмарно. Гуляет беспробудно, разнес всю квартиру, иногда набегами появляется у матери, все съедает, что есть в холодильнике, одалживает деньги и снова пропадает, не отвечая на вызовы, выглядит грязным, опухшим, иногда битым, стал агрессивным, постоянно огрызается и даже вроде как от кого-то прячется (и я догадываюсь от кого).

— Людмил Евгеньевна, а от меня вы что хотите?

— Анечка, поговори с ним. Попробуй повлиять. Вы же так хорошо жили вместе. Он тебя послушает. Я думаю, он так ведет себя из-за того что работу потерял и из-за развода.

— К сожалению, Аня вам ничем помочь не сможет, — вдруг отвечает до этого все время молчавший и слушавший Ренат, кладет руки мне на плечи и добавляет уже для меня мягче и тише. — Аня, возвращайся на свое рабочее место, я здесь разберусь.

— Но как…

— Анют, иди. Эта ситуация не твоя забота и проблема. Я все решу, обещаю.

Пребывая в смятении, все же послушалась Суворова и под удивленно-вопросительным взглядом бывшей свекрови поднялась и направилась к выходу.

— Аня, куда ты? — настигает меня изумленный голос Людмилы Евгеньевны, когда я уже закрываю дверь.

Ждала, что Ренат скоро появится в приемной, но он так и не вернулся, отправил только мне сообщение, что отменяет все встречи на сегодня, а домой меня отвезет водитель. Спросила, все ли в порядке с Людмилой Евгеньевной. Непонятно, из-за чего можно было так задержаться. Ну не в лес же он ее повез проблемы решать? Ренат ответил, что все чудесно, Людмила Евгеньевна у себя дома. Но где и почему тогда пропадает Ренат?

Так и не получив ответы на свои вопросы, в конце рабочего дня уехала домой. Вечер проходит тихо, спокойно, и вдруг… звонок в дверь. Если бы это был Ренат, то он бы предупредил заранее, что подъедет. И я никого не жду.

Звонок повторился. Кто-то настойчивый.

Что я сделала первым делом? Схватилась за телефон, чтобы сообщить…. Нет! Так не нельзя. Чуть что сразу Ренату звонить. Я же не параноик какой-то.

Вздрогнула от третьего назойливого сигнала в квартире. Звоню. На цыпочках, словно ниндзя крадусь к двери. Пусть думают, что дома никого нет, кто бы там за дверью ни был.

— Да, милая, — Суворов с готовностью ответил на звонок. Голос веселый, довольный.

— Я просила меня так не называть, — шиплю тихо.

— Только когда мы на работе.

— Я говорила про это на работе, а не только когда на рабо… — Вздрогнула от четвертого звонка. — Мне в дверь кто-то звонит. Что делать?

— Дверь сразу не открывай, сначала узнай, кто, — хмыкает Ренат.

— А если там кто-то опасный, кому нельзя знать, что я дома?

— Охрана бы не подпустила к двери.

— А что, на этаже есть охрана?

— Камеры.

— Очешуеть. Может, это ты звонишь, а?

— Нет. Я сейчас дома.

Подхожу к двери, смотрю в глазок, облегченно выдыхаю.

— Это хозяин квартиры пришел. Странно, что не предупредил. Я перезвоню.

Оказывается, владелец приехал из-за жалобы бабушки снизу, что я ее заливаю. Не предупредил, поскольку был рядом и… по жалобам той же бабушки я устроила тут притон, шумлю у нее над головой и вожу мужиков, и вот прям сейчас музыка с ором. Посмеялись с хозяином квартиры, он проверил, не течет ли и правда что-то, заодно увидел, что у меня тихо, чисто, аккуратно, и спокойно, вот только… по красноречивому взгляду в область моего живота, догадалась, что мое положение и для владельца квартиры уже не секрет. Пришлось сознаваться. Я хотела и раньше, но все оттягивала момент, опасаясь, что меня могут попросить собрать вещи. Переезжать мне пока некуда. Хозяин поулыбался, покивал, сказал, что все понимает, и… попросил через две недели съехать. Вот, блин. Знала бы, что придет, подготовилась и надела просторную, скрадывающую очертания фигуры, одежду.