Книга Разведенная помощница для генерала, страница 11 – Виктория Свободина

— О-оу, — изумленно тяну я. — Не, я ничего такого не планировала, всхлипнула. — Так что, ты даже не хочешь со мной переспать?

— С чего вдруг?

— Если бы хотел, то не стал бы отговаривать.

— Разве я отговаривал? Потрогай там, где трогала недавно. Разве это не главный показатель желания с тобой переспать?

Хм. Потрогала. На всякий случай несколько раз, основательно. Нет, ну желание и правда присутствует, кажется, даже стало больше хотя куда уж больше-то? В первый раз при прощупывании я об этом не подумала.

— Ладно.

Шмыгнула носом и начинаю стягивать вниз лямки своего платья.

— Молнию на платье расстегнешь?

Молния расстегнулась просто-таки молниеносно, но вместо того чтобы стянуть платье, опять передумала, засмущалась. Во мне сегодня столько противоречий.

— Что такое, Анна?

— Я не могу это сделать, — грустно сообщаю я темноте. — Можно я пойду?

Моей теперь уже обнаженной спины коснулась теплая, большая рука. По коже сразу побежали мурашки от этого прикосновения. аккуратно ведет рукой вдоль позвоночника вверх и затем вниз. От этого простого движения у меня внутри все переворачивается. Ощущаю себя, как кошка, которую гладит хозяин.

— Как я уже говорил, сам факт того, чтобы с кем-то переспать ничего не значит. Так себе месть, неизвестно, кто после этого будет чувствовать себя хуже. То, что ты находишься в постели другого мужчины, уже можно считать изменой, то, что позволяешь ему себя трогать. Тебе нравятся эти прикосновения?

— Угу, — мычу я. Еще немного, и мурлыкать могу начать, так это приятно.

— Вот, это тоже измена, но с учетом того, что ты получаешь от этого удовольствие, месть становится куда значимее и слаще, даже без факта самого сближения.

Кладу голову на грудь Ильи, устало прикрываю глаза.

— Хочешь сказать, что…

— Месть нужного совершать осознанно, понимая и осознавая, что делаешь, для чего, и какой результат хочешь получить.

Илья вдруг резко потянул мое платье наверх, я, уже не сопротивляясь, позволила стянуть с себя одежду, оставшись только в нижнем белье.

Кажется, опять зажегся фонарик, ощущаю это сквозь закрытые глаза. Рассматривает что ли? Ну пускай, белье у меня красивое сегодня.

Переложил с груди на постель рядом с собой. Зажмуриваю глаза еще сильнее. Страшно, но сбегать уже не тянет.

Лежу и жду каких-то действий со стороны Ильи, но ничего не происходит. Жду еще. Нет, не проявляет активности. Неужели от меня ждет? Для меня было подвигом уже то, что я вообще сюда дошла.

Ну ладно, могу и я. Проникаю, значит, рукой под одеяло, кладу ладонь на широкую твердую грудь, начинаю подробную инспекцию, поражаясь тому, сколько, оказывается, в Илье сюрпризов. Так с виду и не скажешь, что он плотно каким-нибудь спортом занимается. Такие крепкие, мощные мышцы. Но эти-то ладно, а вот нижние если не через одеяло потрогать? Может, там просто одеяло было излишне плотное?

Веду свою любопытную руку вниз, но ее накрывает мужская ладонь, не давая продвинуться ниже.

— Не сейчас.

— Почему это? Мне надо сейчас.

— Физическое желание есть, а вот морального — никакого. Близость с не совсем адекватной женщиной, до конца не отдающей отчет своим действиям — не мой уровень.

Если бы не было темно, я бы пальцем у виска покрутило, еще совсем недавно, этой же ночью, я, такая, как есть, была вполне по уровню Ильи, сам к себе звал.