Книга Хозяйственная помощница для идеала, страница 97 – Виктория Свободина

Поначалу тетя Кристину еще превозносила за супер ум, талант и способности, напрочь игнорируя, когда я пыталась показать, что тоже не дурочка, что-то рисовала, сочиняла, цитировала, наизусть рассказывала длинные стихотворения. Но зато был целый повод для гордости с объявлением всей родне и любым малость знакомым людям в разговорах на следующие пару лет, как Кристина проявила инициативу и рано приучилась к горшку. Правда со временем по части ума и способностей Кристины тетя разговоры поумерила, когда Крис пошла в школу и стала хватать плохие оценки одну за другой. Тетя, конечно, поначалу ходила скандалить, что девочку обижают и специально занижают оценки. Кристина была с тетей в этом вопросе согласна и горько подтверждающе плакала. Кристину перевели в другую школу, затем в еще одну, но это не помогало. Везде деточку обижали, ставили плохие отметки, говорили, что сильно ленится, игнорирует требования взрослых, интереса к учебе не проявляет. Тетя говорила, что это наветы, но да, хвалебные оды гениальности Кристины затихли, я училась на отлично все в той же первой школе, из которой Кристину забрали. В итоге Крис тогда перевелась в еще одну школу, тетя расстаралась, с кем надо поскандалила, с кем-то еще договорилась, и на успеваемость Кристины смотрели сквозь пальцы, рисуя отметки. После школы Кристина решила отдохнуть и искать себя, сказав, что не знает, чем хочет заниматься. Пробовала и подрабатывать — папа пристраивал по своим старым знакомствам, но не срослось, везде ее обижали и плохо обращались, вот так поиск себя затянулся, а теперь его можно и вовсе прекращать, уйдя в декрет.

— Много о себе думаешь. Бросит тебя твой хахаль, по другому запоешь. У такого мужика небось баб, как грязи, уведут, глазом не успеешь моргнуть. Жди, скоро постучится какая-нибудь беременная от него бабенка. К нам плакаться прибежишь, что он тебя выпер и обидел.

Ну какая же вредная, а?

— Вы обо мне слишком много думаете и переживаете. Я-то справлюсь, переживу. Вы знаете, что я смогу. Вы лучше так о Кристине волнуйтесь. Говорят она в больнице, потому что Макс довел — увидела, как он на свадьбе на меня пытался залезть. А ведь Максим мне тоже названивал. Знаете что говорил? Думает, ребенок не от него. Сразу как родится, будет делать тест на отцовство.

— Что-о-о… — голос тети удаляется, а затем стук. Кажется тетя уронила телефон. Чего так испугалась, интересно? — Что ты сказала? — через небольшой промежуток времени спросила тетя.

— Говорю, что мне идти пора. Дела. А денег скидывать Кристине на платную палату не буду, вы уж там как-нибудь сами, без меня.

— Да чтоб ты подохла, змея!

— И вам того же.

Сбросила вызов. Фух. Вот и поговорили. Тетя чем-то сильно расстроилась раз так быстро к оскорблениям перешла. А ведь я стала отвыкать от нее. Пожалуй, все-таки рано я на контакт вышла. Думала, достаточно набралась спокойствия и пофигистичности, но нет. Лет через сто теперь если только.

Достала симку из телефона и без сожалений ее сломала. Контакты у меня все есть в телефоне, куплю новую симку для личных, не рабочих контактов, и номер будут знать только те, кого я действительно считаю близким и родным. Новый номер скажу бабушке и… козам. С Демидом мне до конца еще не ясно, да и у него есть мой рабочий номер, а вторым он и не интересовался.