Книга Наследница проклятого мира, страница 19 – Виктория Свободина

Мы гуляем по лабиринту, экскурсовод то и дело показывает тайные местечки со скульптурами, и в итоге мы приходим к фонтану. При виде него у меня побежали мурашки по всему телу. Спешно отхожу от него, да и от всей группы, подальше. Дело в том, что фонтан по своей концепции точь в точь как та фигурка из пещеры, что меня укусила и выпила кровь, только тут вместо тигров аисты, из длинных закрытых клювов которых льет вода, а птицы, стоя по кругу, касаются друг друга крыльями. Их фигуры просто огромные, это не малюсенькая статуэтка. Одна такая птичка точно высосет у меня всю кровь без остатка.

— А это фонтан Зари, – торжественным голосом произнесла жрица. – Один из нескольких сотен артефактов, разбросанных по разным уголкам нашего мира. Их характерная особенность – это скульптуры разных зверей, их может быть три, пять, семь и девять, в зависимости от размера артефакта и его назначения. Этот артефакт особенный, не похожий на другие, он отвечает за благополучие природы нашего мира. Пока природа спит, аисты на месте, но как только проснется, они взлетят вниз и облетят весь мир с дозором, неся благо и процветание на земли, после чего вернутся и будут спать, пока их не разбудят жрицы для нового путешествия.

О, как. Жрица все говорит и говорит взахлеб о фонтане, а потом и вовсе предлагает, как бы невзначай, «приобщиться к благу» – подставить ладонь под клюв, набрать в нее священной воды, получив тем самым благословение высших природных сил. Ага-ага. Мужчинам жрица пообещала, что им особой силы прибавится, это та сила, которая может ночью потребоваться наедине с подругой, а девушкам омоложение, очищение и чуть ли не увеличение груди.

Конечно, почти все с готовностью потянулись к фонтану. Почти, это потому что я осталась в стороне, а еще наша ученая группа скептически смотрит на фонтан. Мне же интересна реакция жрицы. Женщина жадно наблюдает за каждым подходящим к фонтану, но видно, что особенно она ждала Майю. Вот Майя протягивает руку к клюву, набирает в ладонь воды, пьет, умывается. Ничего особого не происходит, и жрица разочарованно тяжко вздыхает.

Теперь приемы благостной воды экскурсовод быстренько сворачивает и зовет группу дальше в лабиринт. У меня же возникает подозрение, что Майю специально проверили на реакцию фонтана. Тянусь в хвосте группы к противоположному проходу лабиринта, по большой дуге обходя фонтан, но потом, когда уже почти вышла из закутка, все-таки останавливаюсь. Группа уходит по коридору лабиринта, сворачивает за угол, веселые голоса удаляются все дальше и дальше, а я все стою, не в силах сдвинуться с места. И никому я не нужна, никто не обратил внимания, что меня нет.

Ну, блин. Все-таки весьма неохотно, шаг за шагом медленно приближаюсь к фонтану. Ну, не дура ли? Замерла, как только ближайший ко мне аист вздрогнул, забил крыльями и встряхнул головой. В глазах каменной птицы зажегся потусторонний красный свет. Птица вытянула ко мне шею на всю длину, какую могла, но не достает. Стою как вкопанная, глядя на аиста. Как бы мне ни хотелось проигнорировать артефакт, боюсь, не получится. Если этот мир не оживет, я никогда не вернусь домой.

— Что, кровушки моей хочешь?

Аист мне ничего не ответил и даже не кивнул согласно, так и застыл с вытянутой шеей. Чуть не плача, медленно тяну руку к птице, сейчас ведь из меня все без остатка выпьют.