Книга Дурашка в столичной академии, страница 82 – Виктория Свободина

— Сейчас. Насчет твоего общения с Лэдором — запрещаю.

Тут я невольно хмыкнула. Проходили.

— Что?

— Мелард тоже запрещал.

— И?

— И оказался выдворен из столицы.

— Я если и буду выдворен, то и тебя с собой прихвачу.

— Не могу передать, мне же запрещено с ним общаться.

— Ладно, сам передам.

Повисло молчание.

— Мой отец быстро согласился переоформить документы? — все же спросила я.

— Гораздо быстрее, чем мэр, и сумму сразу запросил свою, но по факту оказавшуюся куда скромнее той, что я отдал мэру. Полагаю, ему понравилась идея породниться с драконами. А мама твоя так и вовсе приняла меня уже как родного.

Да, совсем грустно.

— Ладно, еще один поцелуй для закрепления нового уровня отношений, и вниз.

— Какой новый уровень? Нет никакого нового уровня, — резче, чем мне бы хотелось, произнесла я и закрыла лицо ладонями. Как сказал дракон, плакать не имеет смысла. Я же опять его только раззадориваю своими словами. Рэйген не приемлет отказа и пренебрежения. Ситуация критическая. С Боргвеном я всегда могла хоть как-то оговориться и была точно уверена, что дело закончится свадьбой, все будет достойно, а тут просто скандал, испорченная репутация, а потом еще и положение отверженной, которую, наигравшись, быстро перепродали.

Не став ждать реакции дракона на свои слова и так и не отняв руки от лица, резко рванула вперед и прыгнула. На несколько потрясающих секунд ощутила себя полностью свободной. Я летела. Сама. Пусть и вниз. Рэйген, ругаясь сквозь зубы, меня поймал, взяв на руки. Все-таки в том, что поймает и не даст разбиться, я уже уверена. Деньги вложены, игрушка новая.

Харт принес меня прямо к зданию столовой, все еще хмурый, коротко попрощался, быстро поцеловал в щеку и ушел. Аппетита как такового нет, но день впереди долгий, поэтому заставила себя взять еду на раздаче, села за привычный столик, который сегодня пустует и, потягивая чай, стала думать над сложившейся ситуацией. Как ни странно, но нашла и положительные моменты — слюнявых поцелуев с Мелардом теперь можно не опасаться, и вообще испытываю какое-то небывалое облегчение, что больше на мне нет никакого морального долга перед семьей мэра и родными. Меня попросту перепродали. Из минусов — наглый дракон и зыбкое будущее, непонятно, чем для меня обернется интерес Рэйгена, а то, что он захочет поиграть на моих нервах, воспользоваться положением — безусловно, он уже начал это делать.

В какой-то момент в столовую буквально влетел Астан, наблюдаю за тем, как он быстро, практически на грани приличий, подходит к моему столику и садится.

— Амалета, мне уже доложили. Вернулся сразу, как узнал. Как ты?

— Здравствуйте. Ну, не очень, — грустно фыркнула. — И мне запрещено с вами разговаривать.

— Я не удивлен. Он… много себе позволил?

— Как посмотреть, — осторожно ответила я. Как бы там ни было, думаю, Рэйген вечером собирается позволить себе еще больше. Отметила для себя, что Лэдор и вправду за меня волнуется и перешел на личную форму обращения.

— Значит так. У тебя есть какая-нибудь личная защита против дракона? Говорят, он просил ее снять.

— Да, есть.

— Хорошо. Еще вопрос относительно планов Харта. Что он планирует делать с твоим контрактом, когда дело подойдет к свадьбе?

— Перепродать.

— Хорошо. Этого следовало ожидать, никто не позволит наследнику жениться на человеческой девушке. Перед Хартом, надеюсь, у тебя никаких моральных долгов или обязанностей нет?