Книга Дурашка в столичной академии, страница 26 – Виктория Свободина

— Так, я не понял, первачи, вы что, совсем страх потеряли?

В один миг в аудитории наступила полнейшая тишина.

— Какая группа? — грозно продолжает интересоваться дракон.

ответ молчание. Я пока не вмешиваюсь, просто наблюдаю.

— Одиннадцатая, — наконец несмело произносит один из студентов.

— Так вот, одиннадцатые, если хоть один писк с вашей стороны раздастся за время занятия, вечером будете иметь дело со всем пятым курсом. Мы вам не учителя, сюсюкаться никто не станет. Не нужна вам бестиология, это ваши проблемы, но тишина здесь должна стоять мертвая, а порядок железный. Думаю, вы уже знаете, что бывает с теми, кто мне не угодил.

Интересно, что? А то я же ведь как раз накануне не угодила. Может, меня тоже еще ждет расплата, а я и не в курсе.

В помещении до сих пор стоит тишина. Судя по лицам студентов, они-то хорошо знают, что им может сделать дракон. Мое любопытство разыгралось с еще большей силой. Грозно оглядев аудиторию еще раз, Рэйген, наконец, подошел ко мне, отдал документы, которые все это время держал в руках, и коротко пояснил:

— Это от декана списки групп, расписание и еще какая-то ваша административка. Я там был рядом, меня попросили занести.

Сразу после этих слов Харт серьезно кивнул мне и тут же ушел. А у дракона что, занятий нет? В любом случае, за помощь благодарна, не ожидала. И слишком хорошо понимаю, что сама бы тут точно не справилась. За драконом закрылась дверь. Смотрю на студентов, студенты смотрят на меня. Тишина полная, словно всех дара речи лишили. Позволяю себе пару минут передышки и радостную улыбку, чем, кажется, нервирую хмурых первокурсников.

— А подскажите, пожалуйста, что же бывает с теми, кто не угодил студенту Харту? — интересуюсь я у аудитории. В ответ молчание. Кажется, все действительно очень серьезно восприняли слова дракона. — Не хотите говорить? Ну ладно. В общем, так. Все, кто считает, что такой предмет, как бестиология, им не нужен, могут покинуть аудиторию и не появляться вплоть до экзамена. Никаких гонений из-за непосещаемости я устраивать не буду.

Все угрюмо молчат и сидят на своих местах. Да что же такое? Третья лекция, и ни одного сбежавшего мне на радость студента. Делать нечего, будем учить.

Когда прозвучал звонок, вздохнула с облегчением, уж слишком меня угнетала неестественная тишина. На этой перемене Астан не зашел меня проведать, зато в аудиторию заглянул, смущенно подергивая ушами, полевой эльф Кирстан. Заметила в руках студенты цветы. На этот раз букетик скромный, маленький и очень милый. Я плохо разбираюсь в полевых цветах, но, кажется, сейчас состав букета другой.

— Кирстан, я прошу прощения, что, возможно, покажусь грубой, но я не приму цветов. Никаких. У меня есть жених, и ваше внимание меня компрометирует.

Эльф покраснел, цветы убрал за спину, но сам не ушел.

— Магистр Скаэлс, я только хотел сказать, если вам вдруг помощь в чем понадобится, можете смело ко мне обращаться, сделаю все, что хотите.

Озадаченно смотрю на Этальби. Что, прямо-таки все? И неужели прямо так сразу чувствами воспылал ко мне? Верится с трудом. А как же неприязнь полевых к другим расам? Или эльф в принципе очень влюбчив, и сегодня у него одна великая любовь, а завтра уже другая?

— Спасибо, я это учту, — вежливо откликнулась я, не став обижать Кирстана сомнениями относительно его слов. — У вас все?