Книга Дурашка в столичной академии, страница 124 – Виктория Свободина

— Угадай.

Помолчала, а потом изумленно произнесла:

— Профессор Гийон?

— Что тебя так удивляет?

— Ой, а что с моей комнатой?

Удивленно оглядываюсь. Небольшое помещение превратилось в настоящий сад. стены и мебель оплетают растения с большими нежно-розовыми бутонами. Запах стоит легкий, приятный, цветочный, и в то же время свежий. Комната преобразилась, став выглядеть волшебно и очень уютно. Вся мебель сменилась на новую, красивую и явно дорогую. Домовенок сидит посреди кровати очумело-счастливый и с набитым пузом, рядом с ним лежим саламандра, обняв малыша хвостом.

— Героиням принято дарить цветы, но ты же знаешь, что срезанные я не люблю.

Вытягиваю шею.

— А откуда растут цветы? Не вижу горшков.

— Из стен. Это особых сорт горных плетистых роз. Цветок с драконьих остров.

— Надо же. Не слышала о таких.

— Все знать невозможно.

— А они не прорастут в соседних комнатах или на внешние стены?

— Возможно, — дракон невинно улыбается. — Кому не понравится пусть применяет специальный цветочный яд для удаления растений. Побрызгал им стены и никаких проблем. Тебе нравится или нет?

— Очень нравится, — признала я. — Спасибо!

— Благодарность от красивых девушек я принимаю исключительно в поцелуях.

— Я не могу так благодарить.

— Как я уже говорил — зря.

Рэй уложил сверток со мной на постель и, разогнав бестий, опять прилег рядом.

— Это ты покормил домовенка?

— Да.

— А мебель?

— Тоже я.

— Рэй, не надо было.

— Тут я решаю, что надо, а что нет.

— Рэй.

— Закрыли тему.

— Я в ванну.

— Ты слаба. Только в моем присутствии.

— Я передумала.

Подожду, пока дракон уйдет. Он ведь уйдет?

Рэйген пробыл у меня три часа, грел, развлекал, приставал. Приставал не сильно, но все же, ненавязчиво, под видом лечения была облапана.

Как-то дракон стал вести себя по-хозяйски, что ли.

После на час пришел уставший Гийон, сменил Рэя на час, поскольку, по словам профессора, дел навалилось столько, что и вздохнуть некогда, но этот час все равно урвал.

Воспользовалась возможностью и, наконец, сходила в ванную. Севридж оказался либеральнее, только проводил в комнату омовений и попросил не закрывать дверь на замок, чтобы, в случае чего, он сразу смог прийти на помощь.

Помывшись, почувствовала себя человеком. Стало ощутимо легче.

В оставшееся до ухода время Гийон также просветил меня о состоянии дел в королевстве, сообщил то, что его с высокой долей вероятности сделают новым ректором академии, но назначение должен одобрить король, которого пока нет.

Севридж очень аккуратно мне сказал, что через сорок дней у Лэдории появится новый король, и станет им никто иной, как Астан.

Астан — будущий король. Только сейчас начинаю это осознавать.

— Амалета, я не хочу тебя расстраивать, тем более, пока ничего толком непонятно. Но вероятнее всего, Астан, став во всяком случае официально. Про женитьбу я и вовсе молчу, — с сочувствием в голосе произнес профессор.

Что же… теперь становится понятным, чего так осмелел Рэйган.

Когда Севриджа на посту сменил Рэй, последний сразу отметил:

— Ну вот, опять грустная. Не справляется Гийон с ролью сиделки.

— Мне и не нужна сиделка, — тихо бурчу я. Сама лежу на кровати. Все еще чувствую слабость, но уже стало ощутимо легче. Тело так и вовсе уже не болит. Болит душа. — Серьезно? Ну хорошо.