Книга Покорность не для меня, страница 38 – Виктория Свободина

Меня разморило на солнышке, и, кажется, задремала.

Проснулась тогда, когда солнце начало клониться к закату. Ужин я наверняка пропустила, и ладно, есть не хочется. Зайду, если что, на кухню, возьму булочку.

— Скажите, Айра, как вам это удается?

Вздрогнула от неожиданности. Обернулась. За моей спиной стоит супруг.

— Удается что?

— Быть такой непохожей на всех, но при этом делать все так естественно и органично, словно для вас это норма?

— Я что-то опять сделала не так?

— Все, Айра, абсолютно все. Каждый ваш вздох, каждое движение. Иное.

— Слишком свободное? Влияние канализации.

Эйнер подошел ко мне, одновременно садясь на траву рядом и вытаскивая из-за спины красивый цветок нежного светло-сиреневого, почти белого цвета. Пышный бутон притягивает взгляд.

Не знаю, чему я больше удивилась — тому, что мой супруг, великолепно одетый в чистый выглаженный дорогой костюм сел не грязную землю, заодно портя о себе впечатление, как о человеке напыщенном и высокомерно, или же протянутому мне цветку.

— Это вам. Очень редкий иномирный цветок из моей оранжереи. Напомнил мне вас.

— Чем же? — не тороплюсь брать подарок.

— Красивый, колючий, редкий, при неправильном… или правильном использовании (как посмотреть), становится очень ядовитым.

— Спасибо, — цветок так и не взяла, и вообще отвернулась от супруга, вернув свое внимание озеру и закатному небу. — Оставьте себе, а лучше выбросите. Мне ваши подарки не нужны, лойр.

Внешне Эйнер никак не отреагировал на мои слова, лишь цветок же поднес к лицу, с явным удовольствием вдохнул его аромат, потрогал бутон, теребя и раскрывая нежные лепестки. При всем при том, Эйнер хитро на меня поглядывал. Ну да, цветок же со мной ассоциируется.

— Знаете, эурелисспангитум, или, в народе просто эуру, я выбрасывать не стану, с редким цветком было бы глупо так поступать. Пожалуй, чуть позже, высажу его черенок, только не в оранжерее, а на открытом пространстве, и постараюсь получить богатое обильное потомство.

У меня мороз по коже пошел.

— Вы серьезно?

— Да, как считаете, удастся этому цветку акклиматизироваться и привыкнуть к местной почве? Эура прекрасно будет смотреться перед домом. Хотелось бы сделать настоящий цветник из ее потомков.

Это на что сейчас Эйнер намекает?

— В своих планах на цветок вы все еще продолжаете меня с ним сравнивать?

Супруг весело хмыкнул, но ничего не ответил.

— Я просто к тому, что у вас в оранжерее наверняка целая коллекция прекрасных благородных цветов, которые прекрасно приживутся в почве перед замком. Зачем мучится с этим? Вы потратите на него много сил и времени, и скорее всего впустую.

— Меня не пугают трудности. Люблю сложные интересные задачи.

— Скажите, а почему вы сейчас здесь? — решила я уйти от темы с цветами. — Ваши жены говорили, что вы человек весьма занятой, а тут вдруг на травке сидите, со мной болтаете. Неужели я вас так заинтересовала?

— Когда мне то и дело приходят сообщения от охраны по поводу необычного поведения новой жены, с просьбами отдать указания, как же охране поступать в том или ином случае? Какая уж тут работа.

— А что такого? С деревом понятно. Но сейчас? Лежу я на берегу, и что?

— Как правило, женщины бояться открытой воды, у меня в поместье озеро чистое, но вот в целом, в нашей стране, водоемы особой чистотой не отличаются, и, скорее по привычке и с детства усвоенным правилам, ни одна из моих жен близко к озеру не подходит, не говоря уже о том, чтобы опустить в воду ноги.