Книга Брачные оковы. Под крылом его высочества, страница 93 – Виктория Свободина

— Ну либо ты таким образом приносишь извинения за оскорбление моей невесты, либо немедленно покидаешь границы империи и больше в ней никогда не появляешься на ее территории. Я предпочитаю второй вариант. а ты?

— Я не могу отдать весь табун. Это гордость нашего рода, целое состояние, таких коней больше ни у кого нет, именно для разведения.

— Отлично. Вещи собрать нельзя, выезжай прямо сейчас. Я так милостив, только из-за нашей долгой дружбы в детской, иначе ты бы отправился в подвалы на допрос вместо ссылки.

Рэвен минуту помолчал, а затем процедил:

— Нерри Райдо, этот конь и весь табун ваш.

У меня невольно рот открылся от удивления.

— Терин, ты принимаешь извинения нерая Оквиудаертане? — уточняет у меня Каллен. — Или может быть хоть потребовать что-то еще?

Придвинувшись к принцу, тихо спрашиваю ему на ухо:

— А за что конкретно извинения? В чем состоит оскорбление?

— Видишь ли, — громко отвечает его высочество. — Пастух нерая нарушил процедуру установления связи с лошадью. Находился слишком близко и была угроза запечатлеть и настроить связь не с животным, а с человеком. Грани были более чем тонкие. Понимаешь, в этот момент связь устанавливалась между теми, кто рядом и ближе по духу и с кем отношения более теплые. К счастью, я решил сразу после совета прогуляться и посмотреть, как ты выбираешь себе лошадь. Нерай Оквидаертане увязался вслед за мной и по пути под разными предлогами пытался задержать. Это выглядело очень подозрительно.

К моменту окончания объяснения принца к нам подъехал Эйтан на той самой лошади, которая больше похоже на пугливую лань. Тут же с нее слез, но она не убегает, испуганно дрожит и жмется к нему, преданно заглядывая глаза. Эйтан отодвигает от себя ее морду, но она вновь к нему доверчиво прижимается.

— …но, — глядя на новоприбывших продолжил говорить Каллен. — Возможно я и опоздал. Связь все-таки успела сформироваться, но между теми, кто к ней был больше готов и податлив. Ты на подсознательном уровне не захотела союза ни с этой белой лошадью, ни с тем, кто еще был рядом в этот момент. А вот у них все получилось. Теперь пастуху принадлежит большое сокровище в виде белой кобылицы из рода дергов.

— Что?! Пастуху и одну из лучших кобылиц в табуне?! — возмущенно воскликнул было Рэвен, но тут же осекся и спокойно продолжил. — Впрочем, теперь это не мое дело. Пастух служит мне. Нерри Райдо, позволите ему увести эту кобылицу?

Кажется, Рэвен обрадовался, что хоть одна лошадь условно останется за его родом, пусть и привязанная к Эйтану.

— Терин, — обращается ко мне Эйтан, виновато опуская голову. — Я приношу свои извинения. Мне сказали, что ты околдована, чувства привязаны магией, но есть возможность тебя освободить, если напомнить о тех чувствах что были между нами, и артефакт должен был помочь в этом. Если бы тебе оставалась любовь ко мне, то любая навеянная магия должна была рассеяться.

Каллен крепко, почти до боли сжимает мою талию, но молчит, давая возможность решить мне, за что ему спасибо.

— Благодарю за заботу, но раз теперь все ясно относительно моих чувств, прошу больше подобных инициатив не проявлять.

Перевожу взгляд на Рэвена.

— Я принимаю ваши извинения вместе с табуном лошадей. Да, ситуация вышла некрасивой, хотела бы отказаться, только понимаю, что вы нужны империи и еще ей послужите, к тому же в будущем вас ждет наказание за нечуткость по отношению к близким. И насчет вашего вопроса о позволении увести белую кобылицу. Я предлагаю иной вариант. Вы отпускаете Эйтана, он вам больше не служит, жители его деревни вам также больше ничего не должны, взамен вы забираете двух свободных кобыл и одного жеребца из табуна.