Книга Звезда Парижа, страница 39 – Роксана Гедеон

Коляска понеслась вдоль Елисейских полей, провожаемая множеством взглядов. Адель едва отвечала на приветствия. Пожалуй, единственное, что приносило ей сейчас облегчение — это быстрая езда и предвкушение того, что она о себе напомнит, непременно! Жюдит, теряясь в догадках, спросила:

— Мы едем за виконтом д'Альбоном? Но зачем?

— Потому что мне так угодно.

— На что он вам?

— По-твоему, я должна ездить за Эдуардом? — раздраженно прервала ее Адель. — Черт побери! Бог свидетель, Эдуард для меня сейчас недосягаем, но молодой д'Альбон — его друг, и он меня на него выведет рано или поздно. — Помолчав, она добавила: — И потом, дорогая Жюдит, что может быть лучше, чем поиздеваться над аристократом? Ты же знаешь, я дурная женщина и никак не могу себе в этом отказать…

Для Мориса д'Альбона день, проведенный в банке Перрего, закончился очень успешно: была надлежащим образом оформлена пятипроцентная рента, и отныне их семейство получило гарантированный доход размером в тридцать тысяч франков в год.

Сумму нельзя был назвать очень большой, но ведь получать ее можно будет постоянно. Дела д'Альбонов всё то время, что прошло после возвращения из эмиграции, шли не блестяще. Старый граф, несмотря на возраст, вынужден был служить в канцелярии военного министерства, Морис получал свое капитанское жалование, и все-таки их недвижимость заключалась лишь в парижском отеле да аньерской даче. Катрин, жена Мориса, не принесла никакого приданого. К счастью, за десяток лет умеренной и благоразумной жизни удалось скопить приданое для Мари, тоже очень небольшое, и сбиться на ренту — это многое значило в жизни д'Альбонов.

Сейчас, покидая банк Перрего, Морис чувствовал себя в превосходном настроении. Тысячи самых приятных мыслей роились в голове. Сам себе капитан гвардии казался увереннее, чем обычно. Честно говоря, не очень-то хотелось возвращаться к милой и скучной Катрин — семейный круг, всегда такой желанный, теперь казался поднадоевшим. Морис был обаятельный мужчина, настоящий плечистый гигант, отличающийся значительной физической силой. Военная форма еще более выгодно оттеняла эти его особенности, необычные для парижанина. Темноволосый, с пленительными чертами лица, тонкой талией и веселыми глазами, он обращал на себя внимание многих женщин — по крайней мере, многие клиентки банка невольно окидывали его внимательными взором.

Морис галантно улыбался и даже раскланивался с особо привлекательными незнакомками. Не то чтобы он так уж желал любовных приключений. Скорее всего это была бессознательная потребность чего-то нового, желание развлечься хоть чуть-чуть, свойственное всякому молодому мужчине, тем более если он в течение семи лет брака оставался верен жене — ну, или почти верен.

И вот как раз в ту минуту, когда он в очередной раз на кого-то загляделся, произошла досадная неприятность: спускаясь по лестнице, он столкнулся или, вернее сказать, почти сбил с ног женщину, только что вышедшую из соседнего зала. Пораженный такой своей неловкостью, он бросился ее поддержать, рассыпался в извинениях, машинально про себя замечая, что женщина эта молода, легка и стройна. Еще наклоняясь к ней, он услышал шуршание тяжелых пышных юбок из темно-золотистого бархата — шуршание, показавшееся ему особенным, и заметил ее изящные легкие туфли. Помимо воли взволнованный, Морис произнес: