Книга Главная роль актрисы-попаданки, страница 18 – Лара Барох

Нет, старуха не двинулась умом. Она явно меня забалтывает. Чую подвох всем нутром.

— Ну а как узнала, я домой воротилась.

Старуха стала говорить медленнее, опустив голову и тщательно избегая встречаться со мной взглядом.

— Захожу, значит, в садик наш и вижу, на крыльце дитя сидит, а рядом саквояж.

— Что еще за дитя? Уж не вчерашний ли это выродок?

У меня волосы встали дыбом. Я подскочила и начала нащупывать халат. Сейчас я им устрою! Добью и со спокойной совестью уеду в свое имение.

— На дите вины нет. Господь нам то заповедовал.

Угадала. Любовница подсунула свою дочь мне. Совсем берега попутала? Я ведь не поленюсь, узнаю ее адрес и вытряхну душу поганую из тела.

— А кто виноват в том, что меня обманули? Влюбили в себя и рассорили с семьей? Скажи-ка мне.

— Как бы то ни было, на дите вины нет. Вот, тебе передали, — Луша протянула мне конверт.

Я торопливо вытащила из него письмо. Я хорошо помню этот почерк.

«Анна Сергеевна!

Бог свидетель, но мне на кого больше рассчитывать. После кончины Сержа мы с Лизонькой остались без средств к существованию. И мне понадобиться время, чтобы устроить свою жизнь и встретить подходящего мужчину. А после того, что вы вчера учинили… Но я клянусь, не стану доносить на вас в полицию.

А взамен позаботитесь о моей дочери. И чтобы окупить ваши расходы, прилагаю рубиновый браслет.

Обещаю, как только устрою свою жизнь, тотчас заберу Лизоньку к себе».

ААААА! Убью тварь!

Я засуетилась, села на постели, намереваясь пойти восстанавливать справедливость.

— Что в письме написано? — остановила меня Луша.

Я почти орала, когда перечитывала ей письмо.

— Отказалась, значит. Дай-ка мне бумажку. Пригодится.

Я швырнула ей на колени письмо и вспомнила про браслет. Как же могла позабыть? Вот что бешенство со мной делает. Но едва взглянула на украшение, завыла словно раненый зверь. Это мой браслет. Я с ним ушла из дома, а потом в приступе любви отдала этому прохиндею.

Ну сейчас… сейчас… малявка вылетит из моего дома и впредь дорогу позабудет.

— Ты куда собралась? — невинным голосом остановила меня старуха.

— А то ты не знаешь? Пойду этого кукушонка гнать прочь.

— Погоди горячиться. Присядь и припомни свои обещания, — не моргнув глазом, осадила меня Луша.

И тут я вспомнила, как та, другая, обливалась слезами, просила ее присутствовать на венчании, обещала горы золотые и все, что старуха только не попросит. И вот пришел срок платить по счетам. Глупая молодая курица! Никогда не следует давать открытых обещаний. И что мне сейчас с этим делать?

Я послушно вернулась на кровать в ожидании. Впрочем, я уже догадывалась, о чем пойдет речь.

— Дитё ни в чем не виновато. И если послал ее Господь к нам, кто мы такие, чтобы оттолкнуть? Много ли ребенок съедает? Не обеднеем. А за ее спасение нас Боженька отблагодарит. Ты не серчай, Аннушка, но Лизоньку я прошу тебя оставить подле нас.

— Я с ней возиться не буду! — сдавая позиции, я поставила ультиматум.

— А со мной и не надо возиться. Я взрослая. Меня всему мама научила.

Белокурая малявка стояла в дверях, руки в боки и нагло при этом притоптывала ножкой.

— Как ты посмела подслушивать?! — от души рявкнула я на нее.

— Сами виноваты. Орали на весь дом.

— Даже не смей мне выговаривать. Лукерье ты обязана всем, в том числе и тем, что жива до сих пор.