Книга Писец подкрался. Или... Отбор по приказу, страница 35 – Марина Андреева

Дальнейшее не оправдало моих надежд. Думала, сейчас бирюзовоглазый будет или с бубном шаманить, или пентаграммы рисовать, ну, или хотя бы таинственное заклинание прочитает, но, увы, тот просто приблизился к Лизе, прикоснулся пальцами к её вискам и на пару минут в помещении повисла напряжённая тишина. Затем, он опустил руки, бросив в мою строну какой-то странный взгляд, наполненный… Уважением?! Да, ладно! Что же он такого в её воспоминаниях нарыл-то? Аж самой интересно стало. И в тоже время, в груди опять что-то ёкнуло. Нет, мне определённо надо держаться подальше от этого воплощения моих девичьих грёз… Да, ладно уж, что уж там таить — эротических фантазий.

— Этого, более чем достаточно, — произнёс он, и опять я словно в транс впала, разве что слюной всё вокруг не заляпала… Или?

В качестве отрезвляющего средства, перевела взгляд на Леонеля. В памяти тут же всплыли фрагменты разговора во время танца на балу, затем, недавно нафантазированные методы моей мести за непочтительное отношение к женскому полу… Фух! Всё же удалось взять себя в руки, подобрать неэстетично отвисшую челюсть, и уже более спокойно поинтересоваться:

— Чем мы ещё сможем помочь?

— Елизавета вспомнила о том, что в начале книги имелось активирующее процесс переноса заклятие. Судя по тому, что вы уже оказались здесь, оно было вами прочитано, — посмотрев мне прямо в глаза, ни то чтобы спросил, скорее констатировал этот будоражащий моё сознание, тело и душу самец. — Придётся считать вашу память, чтобы с точностью восстановить текст. Он был ориентирован конкретно на вас, Катерина, но возможно сама его схема что-то нам подскажет.

Тут я аж опешила. Это что же выходит? Он сейчас подойдёт и прикоснётся ко мне? Да я же лужицей расплывусь — это раз. А во-вторых… Все мои мысли о нём станут известны? Ему? А о чём я смогу вообще думать в момент его близости, прикосновения и взгляда глаза в глаза? У-у-у… Аж щёки от стыда вспыхнули. Ну уж нет!

— В этом нет необходимости, — стараясь держать себя в руках, как можно холоднее отвечаю. — Я помню этот момент, и могу дословно воспроизвести всё, что было написано в книге.

Память особо-то напрягать не пришлось, у меня она, как говорят в народе, «зрительная» — увидела раз и запомнила, а уж сколько я раз перечитывала фрагмент, ставший причиной нашего с Лизкой путешествия в этот мир? Вернее, именно Лизкиного визита сюда. И ведь это я виновата в том, что подруга оказалась тут. Хотела же в первом своём видении высказать всё настоящей Лизе? Хотела, ой как хотела! Ну, а потом додумалась вернуться в предыдущую главу — освежить воспоминания о ранее прочитанном, и сработало чётко обозначенное правило — желаешь что-то изменить в прошлом — сделай шаг назад. Коль уж речь шла о чтиве, то… В общем, накосячила я.

Пока размышляла, мне уже вручили лист бумаги и писчее перо. Взяла их и задумалась — сумею ль написать так, чтобы мои каракули кто-либо кроме меня же да Лизки разобрать смог? Одно дело, что я неким образом понимаю их речь, и говорить на здешнем языке могу, а вот писать?

Присела на стульчик, возле писчего стола. Повертела в руке перо, начала писать и поняла, что «попала». Как минимум на чтение моих мыслей… Ибо писала я по-русски! Конечно же, имелись у меня сомнения, вдруг это мне кажется, будто на русском? Всё же разговаривая с местными я не ощущаю дискомфорта. Из принципа старательно вывела эпилог и заставившие меня некогда призадуматься «странные» первые предложения новой, так и оставшейся недочитанной, главы. Несколько раз пробежала взглядом по ровненьким строчкам.