Книга Ведьмина книга, страница 76 – Марина Андреева

Тем временем, машина притормозила, откатилась в сторону дверь, и в открывшемся проёме показалось уже знакомое лицо «не внушаемого»:

— Приехали, дамы и господа. Выходим.

Пятеро «пленников» послушно покинули салон. Светлана не могла похвастаться тем, что хорошо знала город, поэтому определить, где именно они находятся, не могла. А вот здание, к которому направился «невнушаемый», явно имело отношение к католической церкви. Одного взгляда на выдержанный в строгом стиле храм хватило, чтобы в памяти всплыл фрагмент телепередачи, посвящённой особенностям готической архитектуры. Ломаные арки, высокие башенки, строение словно тянется куда-то вверх, да и крест во главе здания явно не православный. Войдя внутрь, девушка в очередной раз убедилась в своей правоте: большую часть пространства занимали стоящие рядами скамьи, где сидели немногочисленные прихожане, иконостаса — нет, алтарь непривычно открыт, иконы какие-то реалистичные, а не символические, как в православных храмах, а на распятии обе ноги Христа скрещены и прибиты вместе. «Католикам-то от нас что надо?» — только и успела подумать она, но в этот момент «не внушаемый» остановился, окинул взглядом «пленных» и произнёс:

— Вам выпала честь встретиться с величайшим из ныне живущих. По стечению обстоятельств его Святейшество оказался именно в это время именно в этом городе. Не иначе, сам господь привёл вас к нам именно в этот момент. Будьте почтительны, — добавил он и приоткрыл ведущую в служебные помещения дверь.

Просторно, на удивление светло, да и внутреннее убранство аскетизмом не отличается. В помещение вошел один из служителей храма или, правильнее было бы сказать, — базилики. «Невнушаемый» жестом подозвал его к себе, что-то тихо прошептал на ухо, и тот удалился.

Вскоре дверь вновь скрипнула, и вошедший человек привлёк взгляды присутствующих: красные туфли, накинутый поверх белой сутаны опять же красный плащ, на голове митра из белого шелка с золотой и серебряной вышивкой, светлые глаза излучают бесконечную мудрость, покой и смертельную усталость.

— Епископ Рима, викарий Христа, преемник князя апостолов Петра, верховный первосвященник Вселенской Церкви, Великий понтифик, Примас Италии, архиепископ и митрополит Римской провинции, суверен государства-города Ватикан, раб рабов Божьих… — преклонив голову, известил «невнушаемый», но понтифик прервал его жестом и благосклонно протянул ему руку с довольно крупным перстнем.

«Перстень рыбака» — вспомнила Света. «Невнушаемый» умолк и благоговейно припал к нему губами.

— Не стоит титулов, — вздохнул священнослужитель. — Папа Бенедикт 17, - представился он.

— Как вам будет угодно, Ваше Святейшество, — не поднимая взора, послушно ответил «не внушаемый» и, поймав обращённый к вошедшей группе взгляд, пояснил: — Этих четверых ниспослано свыше обратить на путь служения господу.

Говорили они на итальянском, однако неведомым образом все присутствующие понимали каждое слово.

— Ваше святейшество, вы можете говорить открыто, — произнёс «невнушаемый». — Покинув эти стены, — его взгляд четко дал понять: если будет на то его воля, — они не смогут никому ни о чём рассказать. Только обсудить между собой без свидетелей.

Папа Римский благосклонно кивнул и повернулся к «пленным»: