Книга Императорская любовь, страница 32 – Марина Андреева

— Ну, здравствуй, девонька, — произносит не без интереса рассматривающий меня мужчина. — Да, родовые черты налицо.

— Как видишь, у нас проблемы… — как ни в чём не бывало, продолжает распинаться император.

То есть, «проблемы»? Это я, что ли, «проблема»? Другой бы на твоём месте счастлив был.

Упс… Я что, опять это вслух сказала?

— Да-да, опять, — порадовал меня император. — Лучше попридержи сейчас язычок, чтобы потом не сожалеть о сказанном.

Хм…

— Чего к девчонке пристал? Сам же её белокряжью опоил. И не отнекивайся, я видел, — вступился за меня этот… Витаэль, вот, вспомнила!

— Я про вас в книжке читала! — радостно восклицаю. — А что за белокряжь?

— Она зачем-то за обедом схватила мой бокал с наливкой силерного корня, и залпом его… — проигнорировав мой вопрос, сдал меня с потрохами Леонель.

— Что за корень? — опять не смогла сдержать вопрос я.

— В условиях отсутствия магии этим настоем усиливают врождённые качества. Вернее, немного не так. Она позволяет стать чувствительнее, чем и усиливает некоторые родовые способности. Но пьют её маленькими глоточками, и медленно.

— Эм… Стесняюсь спросить, что же за способности тогда у моего рода, коль я тут же лужицей расплылась и на шее у первого попавшегося мужика повисла?

— Мужика??? — воззрилась на меня император.

— Первого попавшегося? — хмыкнул Витаэль.

Да ну их. Сговорились против бедной несчастной меня.

— А лучше пока даже не думай ни о чём, — почему-то обиженно буркнул император. — У настоя белокряжи есть неприятный побочный эффект, сродни эликсиру правды. Всё что на уме, тут же оказывается на языке, — припечатал монарх.

Хм… Это он так боится узнать, что я о нём думаю, да?

По скривившемуся лицу императора я поняла, что опять взболтнула лишнего. Уууу.… Ну за что мне это всё? Погодите, вот как отпустит окончательно, устрою разбор полётов! Никому, вне зависимости от титулов мало не покажется. Обещаю.

— Вот видишь, — глядя на целителя, опять вздохнул император.

— Вижу, — отозвался Витаэль. — Но не осуждаю. И девочка не виновата. И ты всё правильно сделал. Действие силерного корня надо было нейтрализовать. Она к такому совершенно не подготовлена. Обостряются все чувства, эмоции, не дай-то боги, пробудились бы родовые способности…

— Та-а-ак, какие-такие способности? — спрашиваю я. Но для этих двоих меня словно не существует.

— У тебя же уже есть опыт помощи в адаптации землян. Возьмёшься? — игнорируя мой вопрос, интересуется император.

Эээ… Это как это они меня адаптировать собрались?

— Куда же я денусь, — усмехнулся целитель. — Интересно, где ты её откопал?

— Где-где… На Земле. И не я, а Мэрион.

— А-а-а-а. Ну, этот может. Талант у него такой — находить что-то ценное. А ты не бойся, адаптируем тебя, не впервой. И… Поверь, это не больно, — усмехнулся целитель, явно адресуя эти слова мне. — Думаю, ничего не случится за пару-тройку дней.

— Что может случиться? — опять не удержалась от вопроса я.

— Ни-чего! — по слогам ответил он же и, взглянув на императора, произнёс:

— Я забираю её в родовое поместье. Как придёт в себя и более-менее приспособится к здешней жизни, вернётся.

— Хорошо, — вздохнул Леонель. — Спасибо.

Значит, увезут. Избавился? С глаз долой, из сердца вон. Ох уж мне этот… Этот нехороший император! Ладно. Припомню. Ой! А как же…