Книга 21 день, страница 132 – Анна Гром

Они делали из его крови вакцину?

Хлопок, и я почувствовала, как что-то обожгло мне руку выше локтя. Очевидно, пуля. Почти не чувствуя боли, я грохнулась на пол, вползла под ближайшее укрытие. Ствол пистолета хаотично метался по комнате, выискивая источник – меня медленно, но верно накрывало волной шока. Мелькнула тень, послышались крики, и снова выстрел – один, другой. Потом тишина, и только переговоры в рации, и шум в собственных ушах. Ребята сработали как надо, а я вот снова облажалась.

Боль догнала меня – она расползалась вдоль руки жидким огнём. Но хуже всего другое – герметичность спецкостюма была нарушена. Токсин висит в воздухе… И я, кажется, его даже вижу…

Я никогда не подходила к океану так близко.

Волны накатывали на берег, скользили по белым гладким камням, разбиваясь в пену и мелкие брызги. Ветер срывался, менял направление – носился туда-сюда, словно спущенный с цепи пёс. Я и не знала, что так бывает. Щиты блокировали воздушные массы, которые – бесконтрольные – несли на материк беду, но сейчас щитов не было. Была лишь я и природа, живая, дикая, та самая, которая давно перестала существовать. Но это было будущее, я точно знала. Не сон, не фантазия, не воспоминания предков, а будущее. И эта мысль пронзила меня, и я вздрогнула. По глазам резанул яркий свет – откуда только взялся? Волна скользнула по моим голым ногам, и вспышка обратилась в ровное сияние закатного солнца. Сбитые пятки защипало солью, я испугалась – вдруг токсин теперь передаётся через кожу?

— Не бойся, – знакомый, чуть насмешливый голос. Дэм…

Я обернулась. Он стоял чуть позади меня – смуглый, со светлыми, выгоревшими на солнце прядями, в офисных штанах, завернутых по самые колени, но все равно мокрых, в синей рубашке – моей любимой – с закатанными рукавами. Он улыбался искренней, почти светящейся улыбкой, и протягивал мне руку. Я боязливо протянула ему свою. Дэмиан крепко сжал мою ладонь, и я, наконец-то, ощутила себя в безопасности. Улыбнувшись в ответ, я прикрыла глаза и вдохнула полной грудью. Я знала, эта рука не отпустит меня, даже если океан под нашими ногами заштормит. Наконец, я поверила, что теперь-то точно всё будет хорошо.

Наверное, мы оба умерли…

Когда я распахнула глаза, то увидела перед собой маму. Она была в медицинском защитном костюме, но я узнала её по глазам, скрытым под защитными очками.

— Флоренс.

Я попыталась ответить, но меня замутило. Мама отшатнулась. Рвота заражённого довольно опасная штука.

— Ты жива, невероятно…

Говорить было бесполезно – меня тошнило, но желудок был пуст, и меня скручивали сухие мышечные спазмы. Я словно выбиралась из мутного тумана, но, удивительно, голова работала максимально чётко, потребовала информации.

— Который час? – выкашляла я.

— Который день, скорее, – отозвалась мама. – Ты пролежала в коме восемнадцать дней.

— Восемнадцать… дней… – с трудом проговорила я.

Наверное, поэтому у меня всё болит. Я отлежала себе всё на свете. У меня ныли мышцы. Даже те, о наличии которых я и не подозревала. А сколько всего могло произойти за это время… Немыслимо.

— Когда ты начала приходить в себя… вчера… – Мама продолжила.

— то говорила в бреду про некоего Дэмиана. Могу я узнать, кто это?

Услышав его имя, я мгновенно подобралась, но у меня не было сил даже оторвать от кровати плечи. Онемевшие пальцы вцепились в края постели, острая боль пронзила руку до локтя.