Книга Измена. 40 лет – ума нет, страница 10 – Анна Гром

— Ничего себе «малыш», – выдохнула я. Мужчина явно крупный, а собака ему чуть ли не по пояс. А голова у нее размером с человеческую! Это монстр какой-то, а не собака.

— Это кане-корсо. Они весьма крупные, – зачем-то пояснил хозяин и подал мне руку. – Малыш, сидеть! – крикнул он куда-то за плечо.

Надеюсь, это не мне? Я с испугу всё могу не так понять. Мозг лихорадочно перебирал варианты: может, он меня тоже за «малыша» принял? Или это такой способ успокоить?

— Вы по малинку пришли? Ай-яй-яй! – мужчина с улыбкой покачал головой, и в его глазах мелькнули озорные искорки.

Собака, к моему величайшему удивлению, послушно уселась у забора, её чёрные, блестящие глаза теперь разглядывали меня уже не с кровожадностью, а с неприкрытым любопытством. И тут я заметила, что собака-то красивая. Полностью чёрная, как пантера, с лоснящейся короткой шерстью, мускулистая и грациозная. Да и хозяин у пса весьма интересный: высокий, широкоплечий, крупный, с аккуратной бородкой и короткими волосами, в которых проглядывала благородная седина. А ещё очень уверенный, даже с приставкой «само». Не нравятся мне такие, обычно за этой самоуверенностью скрывается пшик. На это я и повелась, собственно, когда связалась с Меньщиковым.

Собственно, почему он мне должен нравиться или не нравиться? К чему эти оценки, Надь? Мой внутренний голос тут же одёрнул меня, напоминая о текущем положении.

Я подала руку. Мужчина одним лёгким движением руки поставил меня на ноги. Я почувствовала, как краска заливает щёки, отряхнулась, заозиралась по сторонам, словно ища пути к отступлению. Надо было срочно придумать, в какую сторону тихонько отползать, чтобы не стать добычей этого, как его, Канье Вэста?

— У вас тут её вон сколько висит, никто не собирает что ли? – подбоченясь, спросила я, пытаясь придать голосу как можно больше небрежности. Ну а что, я же не воровала! Через забор не лезла. Мне не пятнадцать лет, в конце концов! Подумаешь, пара ягод, они и так на дороге висят, пылятся. Моя совесть, изрядно потрёпанная последними событиями, даже не шелохнулась. У меня тут развод на носу, а на меня собаку из-за какой-то малины чуть не спустили!

— Да некому, хозяйки нет, – разулыбался он, плечамт пожал. Его улыбка была такой открытой и обезоруживающей, что я на секунду забыла о своём страхе. Ещё я заметила, что он был в белой футболке. В белой! На даче! Может, конечно, он тут не копает грядки, хотя мышцы там виднеются такие, что на нём поле вспахать можно, но всё-таки пыль, ветер, грязь… Как он умудряется оставаться таким чистым? Или постирушка-потра…ой, есть у него? – Постучались бы, угостил.

Он как-то так интересно улыбнулся и посмотрел на меня, что я аж смутилась.

— Ну нет уж, с вашими Малышами тут… – я махнула рукой, представляя, как бы я стучалась в дверь, а мне навстречу выбежала бы эта чёрная махина.

— Он добрый на самом деле. Детей любит. Внук ездил на нём как на пони.

— Внук?! – Мой голос сорвался на писк. Я что, сказала это вслух? Этот великолепно выглядящий моложавый мужчина уже дед???

— Внук. А что не так? – Он поднял бровь, явно забавляясь моей реакцией.

— Вы на деда не похожи как-то, – пробормотала я, чувствуя себя полной идиоткой. У меня у самой сыну двадцать лет, я ведь сама потенциальная бабушка! Я его в двадцать родила, сумасшедшая! Я тогда ещё маляром-штукатуром работала, а Димка – первый муж, бригадиром. Во больные были! Ну а что поделать, как-то надо было выживать.