Книга Измена. Путь бумеранга, страница 44 – Анна Гром

— Соф, надо увидеться.

— Зачем это?

— Это не телефонный разговор.

— Почему же? – Я напряглась. Бежать по его первому зову сию же секунду? Слишком высокого мнения о себе. Время дорого, и я не собираюсь тратить его на чужих для меня людей.

— Потому что Соф! – Он посмел повысить голос. Видно было, что психует. Только мне что до этого? Или он никак не привыкнет, что я теперь от него отдельно и объяснять ему, где лежат его носки больше не собираюсь? От такой наглости я даже растерялась и не смогла ответить, как следует. – Что ты душнишь?! Мне тебе вещи надо передать кое-какие. Заодно переговорим. Во сколько ты дома будешь?

Я посмотрела на Вадима, он пожал плечами. По глазам видела, он не был доволен. То ли тем, что Костя мне звонит в принципе, то ли тоном, которым он со мной разговаривал. А, может и тем, и другим.

— Не раньше, чем через два-два с половиной часа.

— А ты где? Почему так долго?!

Он реально не вдупляет, что я ему уже никто?!

— Я за городом.

— Да, блин! – снова психанул, но потом будто вспомнил, что не имеет права меня дёргать в любую удобную ему секунду. – Ладно.

— У подъезда встретимся.

— Домой уже не пустишь? – он хмыкнул язвительно.

— Нет! – отрезала я и сбросила вызов.

— София, хочешь я поеду с тобой? Мало ли что там ему в голову взбредёт? Заодно смогу убедиться, что ты доехала до дома и поднялась к себе, – предложил Вадим, сразу же как я убрала телефон от уха.

Это была то ли ревность, то ли желание позаботиться, то ли и то и другое. Я не стала отказываться. Мне действительно будет спокойнее, если я не буду одна. Я боялась, что начну мямлить, или растревожусь, или расстроюсь, снова увидев бывшего, и он воспримет это как слабость или то, что я пожалела. Я не жалела ни минуты, только вот боль ещё была сильна и мне не хотелось, чтобы Костя это понял и после упивался самодовольством. Мы с Вадимом договорились, что я поеду от Серёги на своей машине, а он поедет до дома за мной.

— Ты меня прости пожалуйста, что лезу не в своё дело, но тебе стоит выставить границы. Иначе он так и будет тебя дёргать. И тем более, так разговаривать с тобой. Это недопустимо, – после долгого молчания на обратном пути в Серёжиному дому произнёс Лиходеев.

— Я согласна. Узнаю, что он мне там хочет сказать и что передать, и кину в чс.

— Часто он свой рот разевал?

— Бывало.

Порой у него не хватало терпения что-то мне объяснить. Или он не считал нужным распинаться передо мной, воспринимать мои эмоции, желания. А я занималась попустительством. Играла в мудрую женщину. А в итоге переиграла сама себя.

— Нарциссическим расстройством попахивает. Я бы даже сказал, несёт, – проговорил сквозь зубы Лиходеев. Пока он рулил, я загуглила этот диагноз и нашла много общего с характером Кости.

«Нарциссизм – это отклонение, характеризующееся чрезмерной любовью к себе, завышенной самооценкой и желанием быть в центре внимания. Нарциссы часто проявляют эгоизм, агрессивность и неспособность к эмпатии.

Одним из основных признаков отклонения является непомерная уверенность в своих способностях и талантах, а также стремление к постоянному подтверждению собственной значимости и важности. Люди с высоким уровнем нарциссизма склонны к самовосхвалению и преувеличению своих достижений.

В отличие от здорового самолюбия, расстройство приводит к серьезным проблемам в личной и профессиональной жизни. Зачастую пациенты не воспринимают критику и конструктивную обратную связь, что приводит к конфликтам и разрывам в отношениях».