Книга Заберу тебя себе, страница 27 – Анна Гром

— С чего вы решили?

— Судя по тому, что я вам наговорила вчера.

— Думаю, не имеет смысла это обсуждать.

Он ушёл от ответа. Иначе пришлось так или иначе затронуть тему Киры и её мамы, а Сталев, по всей видимости, не станет устраивать душевный стриптиз, как сегодня сделала я. На то он и стальной босс.

Хотя его дочке помощь требовалась не меньше, чем мне. Я готова была настаивать на этом.

— Вы хорошо справляетесь. Как тренер. И как менеджер тоже справлялись неплохо. И уверен, от должности управляющей вы зря отказались.

Он что меня сейчас похвалил?! Серьёзно?

— Вряд ли. Я бы не справилась со сложными решениями.

— Например?

— Например, поувольнять половину сотрудников.

Мне показалось, или он улыбнулся?

— Это неизбежный сопутствующий ущерб оптимизации. Ситуация такова, что расходы необходимо сокращать, и при этом наращивать обороты. Чтобы оставаться на плаву. Порой нужно быть беспристрастным чтобы принимать сложные решения. И я уволил не половину, всего восемь человек из сорока.

— А как же семьи? Дети? – не унималась я.

— Есть другие рабочие места, где эти люди, возможно, будут более эффективны. И где им будет лучше. Подумайте над вопросом с этой стороны.

Да уж. Он мыслил явно в другом направлении. Или просто шире, масштабнее. Для меня человек – это ценность, для него – рабочая единица, цифра. Хотя это никак не объясняло его неоспоримое желание за одну такую единицу впрячься лично…

— Вы ведь уже приняли как минимум одно сложное решение, не так ли? – вдруг спросил он.

— Какое?

— Развестись.

Повисло молчание. Вряд ли я думала, что это моё волевое решение. Скорее, меня к нему подводили да так, чтобы в итоге виновной осталась я. У меня не было иного выхода. Роман не хотел идти на встречу, не хотел понимать меня и воспринимать, как человека, как личность. Как любимую женщину. Мне оставалось либо проверять границы своего терпения дальше, либо принять это «волевое решение». Его измена поставила жирную точку в этом вопросе. Всё остальное я могла оправдать, но только не это. Это было явным желанием унизить меня, поиздеваться.

Какой бы я ни была бестолковой, по его мнению, женой, это был финал.

— Вы ведь не собираетесь прощать человека, который вас ударил? Отец учил меня с детства, что мужчина, который поднимает руку на тех, кто слабее, не мужчина. А женщине всё же стоит создавать семью с мужчиной, а не с чем-то среднего рода.

— Не собираюсь. Только некоторые обстоятельства препятствуют реализации этого решения.

— Вы научитесь этому. У вас хороший потенциал, только вы его растрачиваете не по назначению.

— Научусь чему?

— Отстаивать свои интересы. Это требует некоего… эгоизма.

Может, из-за эгоизма от него и жена ушла?

Тем не менее, он видел и замечал многое. Я ведь тоже так думала. Слишком много я отдавала другим, и при этом, чем больше я отдавала, тем сильнее получала по темечку. Потому что им всегда было недостаточно. Те, кто только берут, никогда не могут насыться.

А напоследок Роман решил откровенно поизмываться надо мной. И даже ударить.

— Что вы планируете делать?

Спросила я, когда мы вышли из машины у моего подъезда.

— Просто поговорить.

Он снова улыбнулся. Как-то загадочно и при этом плотоядно, что ли.

Я прислонила ключ к домофонному замку, Сталев открыл дверь.