Книга Бой без правил. За любовь, страница 64 – Анна Гром

Алиса останавливается в отеле – возвращаться в квартиру, которую они делили с Максом, ей неудобно. Она стыдится своей лжи – трусливо помалкивая, она изменяла своему жениху изо дня в день, из ночи в ночь. Макс ни в чём не виноват перед ней – он таков, каков есть, а принимать или не принимать его таким, было её решением. Она приняла, смирилась с его недостатками, чтобы после, за его спиной, понять, что принимать больше не может. Что она его не любит и не любила никогда.

Алиса даже дверь не открывает своим ключом, звонит в звонок. Макс открывает ей, с улыбкой чмокнув в лоб, распахивает дверь пошире, приглашая войти, берёт у неё из рук чемодан. На нём его любимые мягкие домашние штаны и клетчатый передник, как всегда идеально чистый, независимо от того, делает он салат или готовит ягодный пирог. А готовить он умеет и любит. Ровно на секунду у Алисы щемит в груди – за последние несколько лет эта квартира стала её домом, а этот мужчина собирался стать частью её семьи. Скоро всего этого не будет, но она понимает, что это лишь тревога – типичная реакция перед большим и серьёзным решением, предвещающим выход из зоны комфорта.

— Алиса, аккуратнее, пожалуйста, я принёс ковёр из химчистки.

Макс спускает её с небес на землю одной фразой. Алиса, тихо усмехнувшись, послушно снимает кроссовки в пластиковом обувном лотке. Сейчас он отправит её в душ, только потом пустит к столу и в комнату. Алиса понимает, что когда-то была настолько восхищена и счастлива, что так радовалась своей помолвке и тому, что радуется, наконец, её мама, что проглядела у него первые признаки обсессивно-компульсивного расстройства, приняв их за педантизм и чистоплотность. Но пусть этим занимается другой психолог, она не может спасти всех.

— Макс, я приехала собрать вещи, – сходу выдаёт Алиса, решив рубить конечность сразу, а не частями. Макс аккуратно откладывает деревянную лопаточку на специальную подставку и, вздохнув, улыбается ей в ответ, сдержанно и вежливо.

— Мы не подходим друг другу, это было давно понятно.

Он не задаёт ей ни единого вопроса, словно рано или поздно ожидал такого исхода и, кроме того, был готов к нему. Двоякое чувство: Алисе обидно, но в то же время это облегчает задачу.

— Почему мы не расстались раньше?! – Действительно, зачем было столько тянуть? Случись оно хотя бы несколькими месяцами ранее, Алиса бы не мучилась чувством вины, которое являлось ей в бессонные предрассветными часы и отравляло радость воссоединения со своей истинной любовью.

— Я посчитал, что ты достойная кандидатура на роль жены. Ты честная, послушная, у тебя есть работа, ты умеешь считать деньги, экономить, вести дом. Когда моя мама ищет горничных в отель, она отдаёт предпочтение мигранткам. Говорит, они трудолюбивые и преданные…

Примесь восточных кровей в её лице и кудрявых тёмных волосах делала её похожей на приезжую из южных стран, но семья Алисы, сколько поколений она помнила, всегда жила на территории России. Это странное сравнение вызвало резкое отвращение к бывшему, слава Богу, жениху. Стыдиться тут нечего, судьба отвела её от неверного выбора.

— Тогда тебе стоило найти домработницу. С привилегиями.

— Наверное, теперь так и придётся.

Он пожимает плечами, стряхивая невидимый глазу мусор с фартука. Он как будто вовсе не стремился обидеть её или оскорбить со злости, он действительно думал так. Он честен и откровенен с ней, и Алиса ужасается тому, как слепа и зашорена была.