Книга Птичий глаз, страница 11 – Кира Брайан

— Постой, я провожу, — Филин поднялся из-за стола вслед за мальчиком.

Когда двое покинули дом, мужчина не спешил прогонять беглеца, а остановился на крыльце. На улице был легкий ветерок, что раздувал в стороны пушистые волосы мальчика. Они путались между собой и лезли в глаза. Мужчина стоял на крыльце и смотрел в какую-то неопределенную точку на небе. А после сказал:

— Составишь мне компанию? Хочу немного посидеть в беседке и насладиться хорошей погодой. — Он опустил взгляд на мальчика. — А одному наслаждаться погодой — неправильно.

Завернув за угол дома, Филин зашел в небольшое деревянное строение и сел на лавку. Он долго всматривался в лицо мальчика, сидящего перед ним. Его лицо было в ссадинах и царапинах, а синяки на руках не могли скрыть даже рукава кофты. Взгляд у мальчика был как у настоящего Маугли, одичалый и враждебный. Филин видел, что одно неверное движение и он подорвется с места и побежит прочь.

— Откуда ты? — Филин сложил руки в замок.

— Если я скажу, вы отправите меня обратно, — мальчик взглянул на него исподлобья.

— Не отправлю, просто хочу честно поговорить. Если хочешь, я тоже отвечу на любой твой вопрос.

— На любой? — Он задумался, а после спросил. — Почему вы зовете себя Филином? У вас же должно быть имя.

— У меня есть имя. Но это имя связывает меня с прошлой жизнью, где я был очень плохим человеком. Поэтому я оставил его в прошлом, как и свои поступки. И начал все с чистого листа.

— Ого, — мальчик нахмурился и кивнул, принимая такой ответ. — Я сбежал из детского дома.

— Тебя там не кормили?

— Воспитательница сказала, пока я не перестану баловаться, то не увижу ни куска хлеба. А я ничего не делал, они сами на меня накинулись. Они ночью набросились на меня с подушкой, мне было нечем дышать. Но воспитательница сказала, что это я их побил, — поддавшись обаянию мужчины, мальчик рассказал все.

Филин кивнул, оставив жалость к ребенку при себе. Каким бы сильным не было желание обнять этого несчастного ребенка и защитить от всего зла, что твориться в мире, Филин не мог себе этого позволить. Он сам видел, как мальчик готов был драться за яблоко с тем, кто старше его на пару лет. Жалость сломает все, что растил в себе этот мальчик. Филин мог дать мальчику цель в жизни и кров, но жалости здесь нет места.

— Что ты умеешь? — Филин провел пальцами по своей бороде.

— Я умею драться, умею перелазить через забор, умею лазать по деревьям. Еще сам застилаю постель и мою посуду. А если есть тряпка, то и пол могу помыть, только зубной щеткой еще не умею.

— Хочешь начать все заново? Как я. Перестать быть беспризорником и воришкой.

— Хочу, — мальчик нахмурился, ища подвох в словах мужчины.

— Сколько тебе лет?

— Мне двенадцать.

— Хорошо. Будешь помогать по хозяйству. Здесь ты в безопасности, так всегда и будет. С этого момента тебя зовут Скворец, и ты живешь с нами. — Филин наклонил голову набок, наблюдая за реакцией мальчика на предложение о доме.

— Правда? Мне можно остаться? — Он подскочил с лавочки и радостно подпрыгнул. — Прям насовсем?

— Правда. Если ты останешься с нами, то должен будешь выполнять правила, ты согласен?

Хоть Скворец и не был образцовым ребенком, что беспрекословно следует любым заповедям людей старше, он был готов поступиться с гордостью, чтобы обрести крышу над головой. Место, где он будет не мальчиком из второй комнаты, а Скворцом, отдельным человеком. Взаперти даже самое сильное животное превращается в податливого котенка, но, будучи на вольных хлебах с особенным покровителем, у Скворца будет шанс самому стать особенным.