Книга Стать хищной птицей, страница 222 – Кира Брайан

Дом Красикова находился не так далеко от здания, всего в двадцати минутах ходьбы. С Романом Ивановичем они не виделись больше года с момента его выхода на пенсию. Сокол уже начал сомневаться, не окажется ли Красиков волком в овечьей шкуре, что долгое время ждал, как бы испортить жизнь Соколу. Отбиваясь от слепой паранойи, Сокол остановился у подъезда, доставая из пачки сигарету, чтобы хватило сил поговорить с Красиковым не на повышенных тонах. Как бы сильно сейчас он ни злился, но Роман Иванович – это тот, кто много лет назад показал Соколу верный путь и не позволил свалиться в бездну из убийств и крови. Пусть и не удалось полностью миновать этой скользкой дорожки, но одно дело пластом ползти до чистого воздуха, а другое – лишь вскользь замарать подошву. Телефон непривычно завибрировал, и Сокол открыл раскладушку, чтобы прочитать сообщение.

«Ну, здравствуй, Сокол. Пора бы нам встретиться, чтобы начистоту решить все вопросы. Захочешь сбежать – я продолжу убивать твоих Птичек. Две уже в клетке, сколько еще осталось?

Хотя знаешь, глупо называть это встречей для переговоров. Не хочу давать тебе надежду. Это казнь, Сокол. Самая настоящая казнь. В понедельник на площади Жукова. Символично, правда? Жду тебя, иначе снова полетят головы»._Сизый.

Имя отправителя горестно кольнуло в груди. Сизый стал разменной монетой в разборках, которые тянулись уже несколько лет. Стоило бережнее относиться к Птицам, как только все это началось. Даже отречение от Гнезда не помогло сохранить жизнь Глухаря, поскольку как бы далеко Сокол ни был от Птиц, он всегда будет оставаться Хищной Птицей, что породила эту семью. Как бы быстро он ни бежал, чтобы обезопасить оставшихся, Огинский будет охотиться на его людей, убеждая Сокола в безысходности.

— Все в порядке? – Ласточка коснулась его плеча.

— Да, пришло сообщение о штормовом предупреждении. – Сокол улыбнулся. – Пошли к Красикову?

Ласточка задержала взгляд на Соколе, надеясь уличить его во лжи, но, не заметив никаких признаков, кивнула и пошла вверх по лестнице. Даже если он в чем-то и солгал ей, Сокол не умел слишком долго хранить секреты, тем более от Ласточки. Поэтому она свела это все на нет. Они оба выпили друг у друга немало крови, чтобы продолжать эту войну даже сейчас. Сокол специально сближал Ласточку и Щегла, чтобы она отказалась от обещания, а Ласточка поддалась на это. Снова ничья. Но на новый раунд у них уже не осталось сил.

Красиков жил на втором этаже старенькой пятиэтажки и открыл дверь сразу же, как увидел, кто к нему пришел. Он поседел и стал ниже, но все так же был рад увидеть Ласточку и Сокола, словно они были родственниками. Будто бы дети, которые давно разъехались по разным городам, соизволили навестить родного человека. К сожалению, такие визиты не бывают без повода, но Красикову нравилось думать, что он нужен Соколу и Ласточке просто так. Роман Иванович широко улыбнулся и тут же пригласил их войти, чтобы попить чаю.

— Ох, давненько мы с вами не виделись. – Он воткнул вилку в розетку, и электрический чайник зашумел. – Какими судьбами? Соскучились небось?

— Соскучились, Роман Иванович. – Сокол барабанил пальцами по крышке стола. – Но вы же знаете, не бывает у нас все так просто?

— Ну, выкладывайте, что там? – Красиков сел напротив и сложил руки в замок.