Книга Маневр пустого города, страница 262 – Юнь Хуянь

Войти?

Подожди еще немного.

Его одолевала робость, засевшая в сердце в то мгновение, когда во всем здании школы Чаннин вдруг вспыхнул свет.

Ведь тогда он по-настоящему испугался. По первоначальному плану сегодняшний вечер должен был походить на спуск с горки в аквапарке: он осуществит задуманное быстро и без помех, и в завершении все будут ошеломлены фонтаном водяных брызг. Никто не сможет встать у него на пути – и совершенно не потому, что он недооценивал способности полиции, а потому, что он прекрасно знал своего врага и был полностью уверен в намеченном плане. Во-первых, он слишком хорошо знал тех людей, которые организовали сегодняшнее празднество, – по сути, они ничем не отличаются от сумасбродов, которые организуют свадьбу для тяжелобольного, считая, что так можно спасти его от неминуемой смерти, они безумны, одержимы, и к тому же еще трусливы и эгоистичны, им абсолютно наплевать на то, что болезнь новобрачного неизлечима, и тем более наплевать на то, что кругом уже все в дыму от сигнальных огней, предупреждающих о наступлении неприятельских войск, им нужно только одно – чтобы церемония благополучно состоялась. Их безразличие ко всему остальному не имеет ни дна, ни предела, они выставят вокруг себя надежный заслон и бросят на это все силы полиции. Во-вторых, никто не в состоянии догадаться, какую цель он преследует, а даже если и догадается, то ни за что не узнает, к каким способам он собирается прибегнуть для ее достижения, ведь эти способы такие дерзкие и немыслимые – парадоксальные, как стремление выжить с целью умереть или попытка спасти от смерти, чтобы убить.

Поэтому, когда на пожарной лестнице в школе «Маленькие лебеди» ему в голову прилетел наградной кубок, брошенный Юань Юань, он пришел в неописуемую ярость, как будто руль выскользнул у него из рук, но в тысячу раз хуже этого было то, что, когда он разбивал стекло в двери, откуда ни возьмись выскочили Ху Лайшунь и этот мужик с губами и мордой как у орангутана и чуть было не схватили его! Он никак не мог понять: ведь он буквально минуту назад отправил Чэнь Шаолин сообщение с адресом – как они могли так быстро оказаться на месте, будто телепортировались из больницы?!

Впервые за вечер он испугался и встревожился. Он смутно почувствовал, что в происходящее вмешалась какая-то сила, о которой он не подозревал. Здесь определенно появился некто, кто раскрыл его и разгадал его план – полностью или частично – и принял соответствующие предупреждающие меры. Но его лицо скрывала пелена густого тумана, никак толком не разглядишь, однако от постоянного ощущения его незримого присутствия рядом и от его сурового пристального взгляда, от которого не ускользал ни один жест, ни один шаг, Отравителя бросало в дрожь. У него уже весь мозг в жгуты скрутился, пока он перебирал всех известных ему сотрудников полиции Пинчжоу, от главы Управления, комиссаров, начальников отрядов уголовной полиции до простых участковых, ведающих регистрацией населения, – никак не мог додуматься, кто бы это мог быть… Или это лишь простое совпадение: Ху Лайшунь и все остальные просто проезжали мимо и случайно наткнулись на него, только и всего… Да, верно, если рассуждать таким образом, на душе становится намного легче.

Но такое «совпадение» вместе с тем распалило его боевой дух, или, говоря чуть откровеннее, – задело за живое. Словно у него на глазах рухнуло уже наполовину возведенное им сооружение из костяшек домино, в которое он вложил столько мастерства и душевных сил. Его негодованию не было предела, и тогда он решил, что в следующий раз будет бить посильнее, и пусть его противник узнает, каково это на вкус: бессильно метаться, не имея возможности отвести удар. Но в тот момент, когда он уже завел машину и собрался въехать в ворота школы Чаннин, из окон здания вдруг хлынул ослепительный свет, озаривший землю на десять тысяч чжанов вокруг и достигший небес. Он хоть и сидел в кабине микроавтобуса, но все равно, как крот, которого вытащили из норы на яркое солнце, в панике зажмурил глаза, даже на таком расстоянии ощущая жар его лучей.