Книга Правление, страница 26 – Ольга Вознесенская

Поднялась к Лилит, любезно попросив воспользоваться ее зеркалом. Она еще не примеряла обновку, объяснила, что хочет доделать все домашние дела, а потом уже наряжаться. Я согласилась, что это разумно.

— Лилит, я сильно в нем толстая? — разглядывала я свое отражение, оглаживая ткань на талии и пытаясь оценить, насколько сильно располнела. Вроде в платье ничего еще не заметно, срок пока небольшой. Но все равно, живот, как мне кажется, начал быстро расти.

— Что вы! — восторгалась служанка. — Вы очень красивы! И цвет этот вам к лицу.

Странно, Тэлман обычно всегда делал комплименты. Может, ему не нравится, что талия не подчеркивается? И вырез приличный. А что, если он догадался? Ну нет, он молчать в таком случае не стал бы.

— Благодарю, — улыбнулась я Лилит и вернулась к себе.

— Тебе не нравится? — прямо спросила я короля, который обувал городские туфли.

— Нравится, — ответил он без запинки, — ты прекрасна.

— Но ты… Ты ведь сказал, — прищурила глаза, — что я толстая!

— Моя Роза, что за глупости, — усмехнулся. — И поторопись, мы опаздываем.

— Куда? — поинтересовалась, берясь за волосы.

— У нас есть неотложные дела, — лишь ответили мне, и все.

Мы позавтракали. Ну, как мы… В основном Тэлман, я не могла есть. Мой неаппетит явно привлек внимание правителя. Он попенял, что я плохо поужинала и что мне необходимо хорошо питаться. Я лишь пожала плечами и сказала, что такое бывает.

У дома нас уже ожидала карета. Форматом и отделкой она никак не вписывалась в скромный пейзаж этой улицы и нашего небольшого дома. Породистые белые кони спокойно стояли, ожидая приказа. Кучер в серебряном камзоле, карета по-мужски темная.

Только в пути Тэлман, видимо, смог слегка расслабиться, об этом говорила его поза: закинул одну ногу на другую, одну руку — на спинку сидения, а пальцами второй вальяжно стучал по колену. Рыжеватые волосы собраны заколкой сзади. Зеленые глаза, которые даже в полумраке были отчетливо видны, в упор разглядывали меня. Я же, наоборот, старалась смотреть в окно, как подобает приличной леди. Но каждой клеткой тела чувствовала его близость. Сейчас мы остались одни, и мое сердце глухо стучало от воспоминаний прошлой ночи.

— О чем думаешь? — поинтересовался Тэлман с хитрой интонацией. — Твои щеки покраснели.

— О различных бытовых мелочах, — уклонилась.

Тэлман пересел, устроившись рядом со мной.

— Роза, моя королева, — прошептал на ухо, по мне пошли мурашки, поймал мою ладонь, поцеловал. — Люблю тебя, мой нежный цветок. Ты подарила мне незабываемую ночь…

Думаю, я была уже совсем красная, и очень душно… Заглянула в его лицо, которое оказалось совсем близко. Он не стал ждать и тут же накрыл мои губы своими. Я растаяла — такой нежный и в тоже время требовательный поцелуй.

— Ты меня вчера так нежно называла, а сегодня, — тяжело дыша, сказал в губы, — а сегодня строгая.

— Вовсе нет, — улыбнулась, касаясь его щеки, и провела по бороде, — мой Тэми…

— Ох, Роза, — вновь поцеловал, но оторвался, тяжело дыша. — Нам следует остановиться. Я хотел тебе рассказать очень важную новость.

Все еще во власти чувств, я прижалась к его груди, слушая стук любимого сердца. Когда он так близко, мне тяжело мыслить трезво — это сводит с ума. Как же сильно и безвозвратно я влюбилась. А еще я поняла, как на самом деле соскучилась по нему.