Книга Собственность бандита, страница 90 – Александра Оксюзова

Но, увы, все оказалось не так просто. Встреча с родителями и дочерью прошла неоднозначно. Василису заранее предупредили, что она летит для встречи с отцом, на что девочка в силу своего возраста среагировала нормально, ей не показалась эта новость какой-то важной или судьбоносной. Как мне позже рассказала мама, она просто кивнула и спросила, где мама. Узнав, что в месте назначения буду и я, обрадовалась и больше не задавал вопросов.

Увидем впервые Игоря, Василиса сначала застеснялась и долго не слезала с моих колен, но Торецкий смог ее заинтересовать новой железной дорогой и вскоре они уже во всю играли на полу, собирали блоки рельс, ставили ворота, арки, пускали металлические паровозики.

А вот с родителями все оказалось сложнее. Если мама с тяжелым вздохом, но приняла ситуацию, то от отца пришлось выслушать не очень приятные слова. От некоторых его обвинения защипало глаза, уйти не могла, но слезы ему показать боялась. Спас Игорь, он материализовался у меня за спиной, велел идти к Василисе, а сам взял отца за локоть и увел в кабинет. Вышли они спустя почти час. Отец, видимо, остыл, смотрел на меня прямо и уже без укора. Игорь тоже казался доволен. Отлегло.

Первые дни прошли сумбурно. Присутствие мамы и папы не помогало, наоборот, угнетало. Хотелось побыть в новой обстановке одной, разобраться со всем. Пока я не понимала свой статус. Кто я здесь? С Игорем почти не разговариваем, только по делам, касаемым Василисы. Совместные ужины проходят практически в тишине, которую честно пыталась разрядить мама. Напряженность никуда не делась, просто к ней привыкли.

Родители улетели через неделю, но легче не стало. Игорь часто отлучался, но всегда сам будил Василису, они вместе завтракали и выгуливали Сэма, вечером обряд зеркально повторялся. Весь день мы с Васькой были предоставлены сами себе. Гуляли, играли, читали, иногда ходили до моря в сопровождения двух безмолвных охранников. Казалось, что все прекрасно. Огромный, уютный дом, бассейн, собственный сад, слуги, под боком счастливая дочка, любимая собака, сильный мужчина.

Но все это только мишура, красивая картинка для других. Душу черными когтями разрывает одиночество, чувствую себя ненужной, чужой. Когда мы в первый раз вошли в дом, Игорь сказал, что для дочери мы должны быть семьей. Но о какой семье может идти речь, если мама с папой ведут себя, как чужие?

Каждую ночь, засыпая одна в смежной с Василисой комнате, я мечтала, что сейчас откроется дверь, войдет Игорь, обнимет и все опять встанет на свои места. Но каждый раз этого не случалось. Я не понимала в чем дело, в обиде? Или так он меня наказывает? Или, что еще страшнее, ему просто на меня плевать. От последнего предположения хотелось выть.

Так задумалась, что не заметила, как Василиса с Игорем ушли от бассейна. Услышала стук входной двери, затем в гостинную ворвался коричнево-рыжий, зубастый комок, Сэм подбежал, ткнул мокрым носом в ладонь и по-хозяйски уселся на мою ногу. Эта привычка сохранилась у него еще с детства. Следом пританцовывая влетела Василиса, а за ней неторопясь вошел Игорь. Слава богу, что он накинул футболку, смотреть на его голыый торс вблизи я сейчас не готова.

— Мама! Ты видела, как я плаваю? Папа говорит, что я скоро научусь плавать.