Онлайн книга «Волчье логово»
|
— Но мне пора уходить, – спохватился монах, взглянув в окно. Солнце уже стояло высоко в небе, было за полдень. – Меня ждут в монастыре. — Еще мгновенье! Я хочу просить вас о милости.., – девушка опустила глаза. – Могу я отныне звать вас Юсуфом? При волшебных звуках этого имени по бледному, измученному лицу сарацина пробежало странное, непередаваемое выражение. Какой-то далекий, внутренний свет мгновенно вспыхнул в его глазах. Губы задрожали. Тысячи воспоминаний разом нахлынули на него. И сквозь искаженные разочарованием и горем черты сурового монаха внезапно проглянул юный и забытый образ прежнего Юсуфа. — Да, – ответил он еле слышно. XXI. Праздник О времена соблазнов, горьких слез, Век зависти, гордыни и мученья, О времена тоски, ушедших грез, Век, чьим недугам нету излеченья, О времена конца, ожесточенья, Век, в коем страх и зависть мы познали, О времена к бесчестному влеченья, Век нашу жизнь снедающей печали. Эсташ Дешан Wir haben davon niemals je genug. Nicht macht uns satt. Die Gier kommt nie zur Ruh, denn die Leere in uns drin wächst jeden Tag. Die Angst vorm Nüchternsein Verflogt uns immerzu. Tanzsaal. Tanz der Vampire Нам никогда не бывает слишком много. Ничто не насыщает нас. Жажду никогда не утолить, Ведь пустота в нас самих Растет с каждым днем. Страх иссохнуть Преследует нас всегда. «Бальный зал». Мюзикл «Бал вампиров» В веселые предрождественские дни Гильом де Леруа устроил большую, шумную охоту. На нее собрались сеньоры и дамы из всех окрестных замков. На белом снегу, изрезанном причудливыми тенями черных, тонких ветвей, костюмы знатных гостей сверкали яркими красками, подобно первым цветам на весеннем лугу. Слышался заливистый лай собак, нетерпеливое ржание лошадей и восторженные возгласы. Дикая, древняя забава заставляла играть кровь благородных сеньоров не хуже, чем жаркая битва. Как отрадно предаться бешенной скачке по темным лесам и холодным равнинам после скучных, серых дней, проведенных в сырых стенах старых замков. Морозный ветер бил в лицо, заставляя щеки пылать ярким румянцем, волосы дам выбивались из причесок и падали на пылающие лица, сердце, как обезумевшая птица, бешено скакало в груди… С жестокой страстью праздные люди преследовали какое-нибудь бедное, загнанное животное, раз нельзя было преследовать несчастное человеческое существо… Такое великолепное развлечение, как графское охота, было редкостью в скучной и пустой жизни местных сеньоров. И поэтому прекрасные дамы, желая продлить краткое, но чудесное веселье, упросили сеньора де Леруа устроить после Рождества роскошный праздник с представлениями и танцами. Сеньор де Леруа охотно дал согласие. Его пышный двор славился добрыми пирами и незабываемыми празднествами, которые подчеркивали величие и могущество гордого сеньора. Весть о предстоящем празднике разнеслась по всей округе, и в назначенный день к великолепному замку графа съехалось множество разодетых гостей из соседних владений. Невероятно прекрасный замок графов де Леруа не имел ничего общего с убогими, полуразрушенными, древними замками остальных сеньоров. Это монументальное, огромное здание сияло чистотой и новизной и подавляло своим пышным величием. На фоне окрашенного закатными лучами неба вырисовывались массивные башни с черепичными крышами и длинные зубчатые стены. Багряные лучи ласкали новую, яркую черепицу, одевая крыши пылающим золотым покровом. Гуляя по толстым, крепким стенам, можно было видеть чудесные, мирные пейзажи: спокойные воды реки, в которых зимой отражались голые, черные ветви деревьев, а осенью падали высохшие, умирающие листья; убегающие вдаль тихие равнины, теряющиеся в море пушистых, белых облаков; далекую, едва различимую синеву таинственного, полного ночных чудес леса… Тяжелые ворота замка были покрыты вычурной, искусной резьбой. Над островерхими крышами, подобно стае диковинных райских птиц, парили и плескались на ветру бесчисленные, разноцветные штандарты и знамена. Графский замок был похож на чарующее, волшебное видение. Его капризный силуэт отражался в зыбких водах реки. И нельзя было понять, какой из двух замков настоящий. Ибо жилище знатного сеньора было так прекрасно, что казалось порождением самой дерзкой фантазии или сладкого сна! |