Книга Наши параллели, страница 10 – Alexa Smith

Когда я спешилась, поблагодарила Бедфорта и пошла в дом, чтобы в свой заслуженный отдых длинною в целый час перевести дух и тупо полежать на кровати, то я поняла насколько конный спорт адский труд. Мне всегда казалось, что всё просто. Вскочил на лошадь да поехал. Сиди себе и гляди по сторонам, пока лошадка сама бежит и везёт тебя. А оказалось вовсе не так. Одно неверное или невнимательное движение, и в лучшем случае, ты рискуешь получить синяки или сломать себе что-нибудь. Ноги затекли, и теперь я ощущала противные покалывания, будто мне вонзают иголки в каждый сантиметр кожи. Представить не могу как мне ещё несколько часов слушать про этикет и манеры, ведь я уже чертовски устала и сильно хочу спать.

Через час я вновь была в гостиной с камином, где меня уже ждала Элизабет. Для меня всё ещё оставалось загадкой почему такие высокопоставленные люди выделяют мне уйму своего времени и чем-то там учат. Разве это входит в их обязанности? Правильно, нет. Я снова здороваюсь с леди Элизабет.

— Начнём с того, что не позволительно высказываться о том или ином категорическом утверждении. Вам предстоит отказаться от активного проявления своих эмоций и резкого тона. Скромность украшает женщину. Не стоит жаловаться всем и каждому на чтобы то ни было. Имейте чувство собственного достоинства. — говорит Элизабет, а я стою и слушая, завидуя её просто королевской осанке.

Её руки сложены одна поверх другой на юбке платья, а подбородок поднят вверх, но так чтобы это выглядело гордо, а не высокомерно. Я невольно вытягиваюсь, выпрямив спину и убрав плечи назад. Пусть я и буду работать служанкой, но убого и слабо выглядеть не собираюсь.

— Категорически не стоит заводить разговор о личной жизни, лучше шутите. Общество любит шутки и веселье. Не маловажным считаются походка, жестикуляция, интонация осанка и мимика.

Девушка подробно рассказывала мне все нюансы, нарезая медленным шагом круги вокруг меня. За этот вечер она рассказала мне правила знакомства и представления, а также многое другое. Под конец занятия у меня голова шла кругом. Запомнить столько всего разом. Ведь я должна изображать из себя образованную по меркам этого времени девушку. А выучить и запомнить всё это я должна всего-то за какие-то ничтожные шесть дней, в то время как девушки учатся этому годами. Как будто какой-то вызов.

— Позвольте узнать, откуда вы умеете читать и писать? — под конец нашего "урока" поинтересовалась Элизабет, наблюдая как я пишу письмо, которое она велела написать, потому что это тоже будет входить в обязанности фрейлины.

— Мои родители меня учили, это одно из немногого, что я помню. — не отрываясь от дела отвечаю я.

— Удивительно. В наше время мало образованных дев. — улыбается она, когда я отдаю ей листок бумаги и перо, которое я взяла в руки в первый раз в жизни, но судя по довольному лицу герцогини у меня всё получилось хорошо, её это устраивало. — Это действительно так, что вы почти ничего не помните?

— К сожалению, да. Я не помню как оказалась на той площади в толпе, ровным счётом как и не помню, что было до этого. — я слежу за тем, как Элизабет откладывает письмо на край стол. Её идеально чистое лицо тускло подсвечивается огнём из камина и светом свечей. Интересно, знает ли она, что я теперь дочка барона?