Книга Наследница сокровищ Третьего рейха, страница 55 – Бахтияр Абдуллаев

А, тем временем, капитан всячески отказывался брать ее, – не стоит этого делать дядя Карл. И еще, как ее я повезу, тем более, если она старинная вещь.

— Дорогой мой друг. Отказы ваши не принимаются, и наш подарок вы заберете в любом случае. У меня был один сын. Пообщавшись с вами, за эти дни, которые вы провели у меня, я понял какой вы добрый и порядочный человек. Я полюбил вас как собственного сына, и я за вашу доброту и милосердие по гроб обязан вам. Вы стали для меня самым близким и желанным гостем. Помните, где бы вы ни были, знайте, в Австрии есть ваши родственники. Наши двери будут всегда открыты для вас. А этот клинок самая дорогая вещь, с которым Герхард никогда не расставался. Ему этот клинок подарил его дедушка. Надеюсь, взяв его в руки, он вспомнит про нас. Возможно, благодаря этому клинку, к Герхарду вернется память.

Напоследок, крепко обняв капитана, доктор Штаубе и капитан вышли на улицу, где их ожидали Уваров с Нефедовым.

— Берегите себя, и да благословит вас Господь, – сказав, доктор проводил гостей.

Так, находясь близко рядом с домом, Герхард не встретился с отцом, отец с сыном, и сестра с братом. Но в душе они сохранили надежду о скорой встрече.

После отъезда постояльцев доктор Штаубе с Луизой направились к дому Эльзы. Забежав в дом, Луиза, прямо с порога стала говорить,

— Эльза, Эльза, я видела брата Герхарда. – Как раз в это время Эльза с Саидходжой о чем-то мило говорили,

— Где ты его видела, что он приходил домой? – Удивленно спросила Эльза. И выйдя со стола, направилась к ней навстречу.

— Нет, Герхард не приходил. Он проехал по нашей улице, в колонне машин с красными крестами. Сидел на заднем сидении черного мерседеса с одним важным офицером. Я его узнала, а он долго на меня смотрел, но скорее всего меня не узнал.

В это время в комнату вошел доктор Штаубе. Увидев его, Саидходжа встал с места, и приветствуя его,

— Здравствуйте дорогой дядя Карл, мы уже начали по вам скучать. – Сказал он.

— А я не меньше вас соскучился, – стал вторить ему доктор, и отдавая свою шляпу и плащ, поприветствовал Эльзу. Эльза вместе с Луизой пошли накрывать на стол.

— Саид, я думаю, все-таки зря вы мне не разрешили рассказать Игорю о том, что вы живы и находитесь здесь где-то рядом. Если бы вы знали, как он переживает по поводу вашей гибели. Как страдает без вас. Он мне очень многое рассказал о вас, о том, как вы в 1941 году поступили вместе в разведшколу. Окончив ее, вместе с ним попали в одну часть. Рассказал обо всех ваших подвигах, словом, я знаю о вас практически все с осени 1941 года…

— Дорогой дядя Карл, – перебивая его, сказал Саид, – я не меньше Игоря страдал. Каждый вечер, не смотря на все запреты Эльзы, тайком ходил к Вашему дому. Наблюдал за ним. И когда Игорь выходил на улицу покурить, мое сердце разрывалось от того, что не могу подойти к нему, обнять его. А однажды и вовсе мы с ним чуть не столкнулись. Я в последний момент, перед самым его носом, успел нырнуть в траву. Он был тогда в двух шагах от меня и долго курил. Вы, окликнув, его увели.

— Вы знаете, Игорь тогда подойдя ко мне, сказал – Дядя Карл, мне, когда я стоял у забора, показалось, что мой друг Саид где-то рядом. Если бы вы меня не позвали, я перепрыгнул бы через забор в поисках его. Я его чувствовал, чувствовал дыхание, его тепло, как живого и здорового. – Думаю, если бы я его тогда не позвал, он непременно пошел бы вас искать. Тогда, глядя на его глаза, я подумал, бывает же, вы не только друзья, вы оказывается еще и родственные души. Если человек не привязан к другому, он не в силах его почувствовать. Кстати, он мне сказал о том, что после войны поедет в ваши края. И непременно отыщет вашего сына и усыновит.