Книга Наследница сокровищ Третьего рейха, страница 246 – Бахтияр Абдуллаев

— Что и Эльза прилетела? – Разглядывая по сторонам, спросил Игорь.

— Да прилетела, и она очень обидится, услышав о том, что ты даже не спросил о ней.

— Нет, нет, нет. Саид, дружище, я растерялся, увидев остальных. Эльза для меня не безразлична. Ты что, она моя сестренка? Где она, где она, показывай? – Волнуясь, Игорь стал ее искать.

— Сейчас я их приведу, – а затем увидев приближающуюся жену. – Да вон она, со своей дочкой идет в обнимку, – указал туда, откуда шла Эльза.

Соколов быстро побежал ей на встречу, и оббежав впереди идущих людей, обошел их сзади, и сходу обняв, приподнял Эльзу и Мехрибану. Они, сначала испугавшись от неожиданности, вскрикнули. Но затем, Эльза, узнала Игоря,

— Леший, ты нас напугал, – сказав, крепко обняла его,

— Дорогая Эльза, как я рад, как я рад видеть тебя, – и тут Соколов увидел Бану. Отпустив Эльзу, взялся за плечи Мехрибану, пристально разглядывая ее, сказал. – А эта прекрасная леди, наверное и есть наследница шайтана, – сказав, несколько раз поцеловал ее. – Я знал, что Саид везучий человек. Если это было не так, как он мог встретить ее в огромной Англии, а, как? – Еще раз крепко поцеловав ее, торжественно представился ей. – Дорогая, близкий друг, брат вашего любезного деда генерал полковник Игорь Соколов. Теперь, отныне и навсегда, для вас дядя Игорь, – и улыбнулся ей.

— Мехрибану, а для Вас дядя Игорь, просто Бану, – представилась ему Бану.

Соколов, взявшись за руки, повел знакомить их со своими.

— Что скажешь, Леший, как тебе моя внучка?

— Поверь, если я ее увидел бы, непременно догадался бы, что она твоя внучка. Две капли воды, – а, затем, подведя Бану к своим, с укором говоря детям. – Смотрите, вот как надо делать детей, вылитая Саид.

Потом Саидходжа познакомил с Бану и остальных. После того, как ему доложили, что самолет готов к вылету, он повел своих гостей к посадочному трапу. Через час, после того, как гости Саидходжи расселись по своим местам, самолет вырулил на взлетно-посадочную полосу, после небольшого разбега, оторвавшись от земли, взял курс на Узбекистан.

Как только лайнер стабилизировал полет, Саидходжа неожиданно загрустил. Это заметили сидевшие по обе его стороны, Эльза и Мехрибану.

— Милый, волнуешься? – Поинтересовалась у него супруга.

— Да, и очень сильно.

— Родной, все худшее уже позади. Не переживай, впереди только рассвет. Никто не имеет права осуждать тебя. Ты не по своей воле остался в Австрии, тебя они сами заставили. Так было предначертано судьбой, и было угодно Господу, чтобы ты прожил свою жизнь именно так.

— Я надеюсь на это, – положив свою ладонь на руки жены и немного пригнувшись, поцеловал ее.

— Папочка, что Вас тревожит? – Поинтересовалась Мехрибану.

— Я почти сорок восемь лет не говорил на родном языке. Как только вы мне предложили о поездке, с того самого дня, каждый день пытался связывать узбекские слова в предложения. Но у меня ничего не получается. Почти каждую минуту пытался мысленно говорить по-узбекски, но мне стыдно за себя, не правильно это. Я не должен был забывать свое прошлое, свой язык, свою культуру,

— Но папочка, еще не поздно наверстать упущенное. У нас впереди пять часов полета до Ташкента, и четыре часа до Коканда. Да и еще пару часов в аэропорту. И того, одиннадцать часов, – затем, она, пригнувшись чуть вперед, взглянула на маму. – Мамочка, Вы позволите нам с этой минуты с папой разговаривать по-узбекски?