Книга Наследница сокровищ Третьего рейха, страница 205 – Бахтияр Абдуллаев

— Я в этом ни черта не соображаю, объясни, что это такое?

— Это болезнь сердца, когда человек получает сердечный удар. Ну это как застучал мотор твоей машины.

— Это же плохо. Что вы собираетесь предпринять?

— Пока мы можем только стабилизировать его состояние, а вылечить в данное время медицина бессильна.

— А можно ли было ее избежать?

— Да, если взяться за его лечение на ранних стадиях болезни.

— Тогда, как вы могли допустить такое?

— Саид, я же тебе говорю, он ни на что не жаловался и отказывался проходить обследование.

Через полтора часа из палаты вышли врачи. Когда Герхард поинтересовался у них о состоянии отца, те ему сказали,

— Простите господин Штаубе, наши худшие опасения подтвердились, у вашего отца случился обширный инфаркт. Что это означает вам известно. Мы ему сделали стабилизирующий укол, и провели все необходимые в таких случаях процедуры, но вы, наверное, понимаете, в остальном мы бессильны.

Услышав их, Саид и Арнольд, резко оттолкнув врачей, забежали в палату.

— Папа, – вскрикнув, они оба присели на колени, с двух сторон кровати.

— А где Герхард, и мои дочери? – еле-еле у них спросил отец.

— Герхард беседует с врачами, а Эльза, Луиза и Барбара, здесь, – подзывая их к отцу, сказал Саид.

— О, простите меня, я и не заметил вас, – произнес доктор Штаубе.

И тут же в палату вошел Герхард,

— Вот и Герхард подошел,

Оглядев своих детей, доктор Штаубе заговорил,

— Дорогие, родные мои. Я самый счастливый отец на этом свете. Я благодарю Господа за то, что у меня такие замечательные дети, как вы. Не смотря на то, что у вас были разные отцы и матери, вы относились друг другу и ко мне так, что вам родные братья и сестры позавидовали бы.

— Папа, тебе нельзя сейчас говорить, – попытался его остановить Герхард.

— Герхард, тебе известно мое состояние, из-за этого, прошу тебя, позволь мне поговорить с вами. Так вот, я знаю, как сильно вы любили меня, я это чувствовал… Чувствовал ваше…тепло…, вашу доброту и вашу привязанность ко мне… Вы меня простите, если я немного… прерываюсь… Я никогда не чувствовал себя одиноким, брошенным… Сейчас… я хочу вас благословить… Родные мои, пусть Господь оберегает… вас, защитит от бед и напастей. Я прошу вас, и после… меня остаться по отношению друг другу такими же… Берегите друг друга, цените эту вашу дружбу… и никогда не бросайте друг друга… Самое ценное, и самое благословенное дарованное нам Господом, это… семья, это ваши родные и близкие… Они, это те люди, которые нас…любят, нами дорожат и есть наши родные…

Да поможет…вам Господь… – сказав, доктор Штаубе замолчал.

Герхард быстро попросил братьев покинуть палату. Каждый, поцеловав ему руки, не в силах сдерживать свои слезы, вышли в коридор. Возле отца остались Герхард и Барбара.

Через час с небольшим из палаты, полных слез глазами вышел Герхард и обняв стоявшего возле двери Саида, неистово разрыдался. Тут же в палату забежав остальные, увидели, как Барбара, стоя на коленях у кровати отца плакала. А Герхард сказал Саиду,

— Брат, мы потеряли отца, извини, не уберег я его…

ГЛАВА 7. Невыносимое одиночество

Отшельничество, не по своей воле быть изгоем, постоянное чувство голода, постоянное ощущение холода, не столько довлели над Саидакмалом, сколько его угнетало одиночество. Оно было особенно трудно в непогоду и зимнее время года. В такие дни он словно, как медведь уходил в спячку, забивался в угол своей комнаты и, укутавшись в несколько одеял, только думал, думал и думал. Уснуть из-за холода и голода практически было невозможно. Он ненавидел такие дни. Чтобы не сойти с ума, Саидакмал старался не замыкаться в себе, для этого он разговаривал с самим собой. Только благодаря этому, ему удавалось как-то держаться и выжить в такие суровые дни.