Книга Свой мир, страница 64 – Иола Гайнова

— То есть у тебя не было отношений ни с ним, ни с тем Джонатаном?

— Нет-нет, что ты! В то время мне нравился твой отец, и никто больше! Честно говоря, когда Грегори объявился здесь спустя десять лет после моего бракосочетания, я даже его и не узнала. А имя показалось мне знакомым лишь потому, что, по моему мнению, он был известным художником. Помнишь, надеюсь, как он приходил к нам, чтобы написать ваш со Сьюзен портрет? Просто поражаешься, как интересно, порой, судьба вновь и вновь сталкивает людей…

— Конечно, помню, такое невозможно, по-моему, забыть, – произнесла Роза и задумалась над всем тем, что только что услышала от Эллис.

Когда приехала Сьюзен, никто не поверил своим глазам, ведь молодоженам положено хотя бы год жить в мире, согласии и любви.

— Ты почему так рано приехала домой? Да еще и с вещами? – даже не поздоровавшись с дочерью, строго произнес Мистер Вартиган.

— Я поссорилась с мужем и решила, что самым правильным решением для нас обоих станет небольшая разлука, – спокойно произнесла Сьюзен, насторожившись от такого холодного приема.

— Забудь о том, что у тебя есть другой дом! Твой дом там, где находится твой муж! – повысив голос, произнес Мистер Вартиган и, повернувшись к своей жене, добавил: – Ничего тебе поручать нельзя! Даже моих дочерей и тех воспитала плохо! Я их разбаловал когда-то, так я – родной отец, мне можно позволить такую слабость. Но ты могла бы уже и показать им свою строгость.

— Отец, прости, но в этом ты не прав! – тихо произнесла Роза, решившая заступиться за Эллис. – Сьюзен, по-моему, в своем родном доме заслужила теплый прием. И, кстати, если детей плохо воспитывают, то в этом всегда виновны оба родителя.

— Совсем стыд потеряли?! – вознегодовал Мистер Вартиган, однако, увидев опустившиеся глаза всей его семьи, развернулся и пошел в свой кабинет, пробормотав на прощание: – Лучше бы у меня сыновья родились, а то полный дом женщин! Это невыносимо!

Сьюзен, поблагодарив сестру и мать за поддержку, направилась в свою спальню, по которой невероятно соскучилась. Да, эта комната видела много радости и столько же слез, именно поэтому она и была такой родной и любимой. Роза, увидев, что ее сестра предается каким-то ведомым только ей воспоминаниям, удалилась к себе, чтобы случайно не помешать. Спустя полчаса Сьюзен сама пришла к своей сестре, чтобы откровенно с той поговорить. На этот раз в их общении больше не упоминалось о старых обидах, незаконченных спорах или несказанных словах, будто все было как раньше. Однако, неизменным в их отношениях осталось кровное родство, несколько воспоминаний из недавнего прошлого и никуда не исчезнувшее чувство одиночества. Все рассказы и жалобы Сьюзен уже касались той другой жизни, к которой Роза не была причастна, потому что не представляла ни тех людей, ни тех мест, ни тех обстоятельств, среди которых находилась ее сестра.

— Кстати, совсем забыла тебе сказать: на днях мне захотелось почитать книги, которые когда-то ты мне дала, но почему-то я их так и не смогла найти. Должно быть, кто-то из слуг вернул их в отцовскую библиотеку, – сказала она, переведя разговор в более знакомое русло.

— Или ты их где-нибудь оставила: все-таки память тебя иногда подводит, как и всех нас. Я думаю, что на данном этапе книги – это не самое важное, – ответила Сьюзен и вновь перевела разговор в ту сторону, которая Розе была не слишком-то интересна.