Книга Свой мир, страница 50 – Иола Гайнова

— Только не говорите Тойли то, что я только что Вам рассказала, а то мне опять придется его видеть в своем доме: весьма неприятный тип, хоть и ваш друг.

— Так уж и быть. Не буду. В общем, я подумал и решил согласиться на ваше предложение.

— А я и не сомневалась в вашей рассудительности, Мистер Свирт.

Когда все дела были обговорены, смысла оставаться в комнате Грегори не было, однако темнота за окном была тем фактором, против которого нельзя было ничего сделать.

— Оставайтесь у меня, Роза, все равно сегодня Вас никто не повезет домой: ночь слишком темная, безлунная и холодная. Спать я могу и на полу, а Вы ложитесь на кровати. Есть, кстати, хотите?

Когда далеко за полночь Грегори прекратил разговоры и смех, Роза уже действительно сильно захотела спать. Однако фраза «… ты могла бы быть на ее месте» никак не давала ей покоя, ведь Свирт сразу понравился обеим сестрам Вартиган. Но сейчас, когда выбор был сделан в пользу Сьюзен, а Грегори лежал так близко, где-то в душе Розы появилась огромная стена, надпись на которой гласила: «Не твой мужчина – нечего его и трогать!» Эта преграда сдерживала эмоции и желания, давая лишь право относиться к Мистеру Свирту как к другу и не более того. Когда свет был потушен, Роза услышала шуршание где-то в углу, от которого ей стало не по себе.

— Что это? – прикрикнула она, от чего звук прекратился.

— Крыса, наверное, не переживайте, – спокойно ответил Грегори. – Но если Вы боитесь, то я могу лечь на кровать.

— Это Вы специально сказали так, чтобы начать ко мне приставать?

— Нет, конечно! Спокойной ночи, надеюсь, на этот раз крыса не захочет залезть туда, куда не следовало бы.

— А-а-а! Вы это нарочно говорите! Ладно, ложитесь рядом, но если вдруг я увижу хоть малейшие поползновения в мою сторону – выгоню!

Грегори практически со скоростью света переместился на кровать и сразу же обнял Розу за талию, прижимая ее спиной к себе.

— Что это такое? – возмутилась она.

— Это чтобы крысы не уволокли, а то нынче они стали очень наглыми.

— Должно быть, с Вас пример берут!

— Ну, я, по крайней мере, не кусаюсь. Хотя…

— Все! Свою личную жизнь оставьте при себе! Уже поздно: я спать хочу!

— Вот так всегда: заботишься о человеке, оберегаешь, а он не ценит…

После того, как в комнате повисла тишина, Роза начала чувствовать мерное дыхание Грегори возле шеи.

— Боже, он даже знает, как надо дышать, чтобы быть желанным! – подумала она про себя и невольно улыбнулась. Однако спустя минут пять все желание и страсть, появившиеся у Розы, мгновенно пропали после того, как прямо над ухом раздался храп.

— Эй! – прикрикнула она, отчего Свирт дернулся и проснулся.

— Что? Что случилось? – непонимающе и сонно спросил он.

— Как что? У меня только что ухо заложило от храпа!

— Так не храпите и ложитесь спать!

— Остроумие?

— Нет! Всего лишь Грегори! Спать ложитесь, я устал сегодня. Не будьте эгоисткой: в отличие от Вас я работаю. Простите, конечно, но у меня нет желания совращать такую очаровательную особу как Вы: настолько я устал. Женщинам, конечно, нравится образ беззаботного сердцееда, но эта маска сегодня не для Вас. Я отвернусь, если позволите, чтобы не так сильно мешать Вашему сну, Леди.

Подумав несколько секунд, Роза легла обратно, и, несмотря на то, что через пять минут храп возобновился, она заснула. Как оказалось, влечение к мужчине, лежащему за спиной, намного больше отвлекало ее, чем банальный шум. На следующее утро Роза проснулась одна, видимо, Мистер Свирт ушел на работу, так и не разбудив ее. Встав с постели, она обнаружила на столе записку, в которой красивым подчерком было написано: