Книга Стрекоза в янтаре, страница 179 – Диана Гэблдон

— Что с тобой произошло, черт побери?! — возопила я.

На бедрах виднелось несколько длинных красных царапин, отчетливо выделявшихся на фоне бледной кожи. А на внутренней стороне одного бедра красовались следы укуса — отпечатки зубов были отчетливо различимы.

Горничная, выливавшая горячую воду в ванну, с любопытством воззрилась на эти свидетельства бурно проведенной ночи и не преминула внести свою лепту в объяснение их происхождения.

— Un petit chien? — спросила она.

«Маленькая собачка»? Или что-то другое? В ту пору я еще не владела местным жаргоном в должной степени, однако знала, что petites chiens частенько разгуливают по улицам на двух ногах и с размалеванными лицами.

— Вон! — сказала я по-французски, подкрепив приказ истинно королевским жестом.

Горничная подхватила ведра и вышла, надув губки. Я обернулась к Джейми. Он приоткрыл один глаз, но, увидев выражение моего лица, тут же быстро закрыл.

— Ну? — требовательно спросила я.

Вместо ответа он передернул плечами, сел, крепко растер ладонями лицо и уставился на меня, вопросительно приподняв рыжеватую бровь.

— Полагаю, такой воспитанной и благородной даме, как ты, не может быть известен скрытый смысл слов «шестьдесят девять»^[22]?

— Слышала я подобное выражение, — небрежно заметила я и скрестила руки на груди, продолжая сверлить его подозрительным взором. — Нельзя ли узнать, где ты встретился с этим интригующим числом?

— Мне предложили, вернее, навязали его чуть ли не силой. Одна дама, с которой я случайно встретился вчера…

— Уж не та ли самая дама, которая укусила тебя за ляжку?

Он опустил глаза и задумчиво потер место укуса:

— Гм, нет… Эту даму гораздо больше интересовала только одна из этих цифр. Думаю, она бы удовлетворилась шестеркой, а девятку могла бы послать подальше.

— Джейми, — сказала я, нервно притопывая ногой, — где ты был всю ночь?

Зачерпнув воды из ванны, он плеснул ее в лицо; струйки сбегали вниз по покрытой рыжеватыми волосками груди.

— Ммм… — пробормотал он, — дай-ка вспомнить… Сначала ужин в таверне. Там мы встретили Гленгарри и Мильфлера.

Месье Мильфлер был парижским банкиром, а Гленгарри, один из молодых якобитов, — членом клана Макдоннеллов. По словам Джейми, он наезжал в Париж время от времени и его часто видели в компании с Карлом.

— А после ужина отправились играть в карты к герцогу де Кастеллоти.

— Ну а потом?

— Еще одна таверна. И еще одна. И наконец, заведение, которое тоже можно было бы считать таверной, если бы не приятное добавление в лице нескольких дамочек весьма занимательной внешности и разнообразных талантов.

— Ах вот как, талантов? — заметила я, покосившись на отметину на ноге.

— Бог ты мой, да они занимаются этим прямо на людях! — сказал он и брезгливо передернулся при одном только воспоминании. — А две из них — так прямо на столе! Между седлом барашка и вареной картошкой. Прямо в айвовом соусе.

— Бог мой! — ахнула вернувшаяся горничная и, подлив в ванну горячей воды, перекрестилась.

— А ты помалкивай! — огрызнулась я и снова обратилась к мужу: — Ну и что же дальше?

А дальше события приняли довольно обыденный в подобных случаях оборот, хотя и свершались они прямо на глазах у публики. Щадя чувства Маргерит, Джейми дождался, пока она выйдет из комнаты за новой порцией горячей воды.