Книга Огненный крест, страница 558 – Диана Гэблдон

Я вдруг почувствовала, что сзади меня кто-то движется. Луч солнца сместился, а вместе с ним и Адсо.

— Кот, даже не думай, — сказала я.

У моего левого уха послышалось предвкушающее мурчание, и огромная лапа осторожно коснулась моей макушки.

— Ну, ладно, — сдалась я, иначе пришлось бы пересесть и делать записи в другом месте. — Будь по-твоему.

Адсо обожал волосы. Неважно, настоящие или нет. Хорошо, что майор Макдональд стал единственным, кто рискнул сесть рядом с Адсо с париком на голове. В итоге я все же вернула майору парик, хотя ради этого пришлось залезть под дом, куда Адсо его утащил, — никто другой не посмел бы вырвать добычу из пасти бравого кота. Майор довольно сурово высказался о случившемся, и хотя это не помешало ему и дальше заглядывать в гости к Джейми, шляпу он теперь не снимал. Натянув поглубже свою треуголку, он пил кофе из цикория за кухонным столом и внимательно следил за передвижениями Адсо.

Я немного успокоилась — не мурчала, конечно, но чувствовала себя очень расслабленной. Слегка выпустив когти, кот аккуратно мял мои волосы, то и дело останавливаясь, чтобы нежно потереться мордочкой о мою голову. Опасным Адсо становился только из-за кошачьей мяты, но она была надежно спрятана. Прикрыв глаза, я задумалась над тем, как описать синдром Дюпюитрена, так его не называя, — ведь сам барон Дюпюитрен еще не родился.

Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, поэтому я решила изобразить синдром в виде схематичного рисунка. Я старалась сделать его как можно более четким, одновременно думая о том, как мне уговорить Томаса Кристи прооперировать руку.

Операция была простой и недолгой, однако надо учесть отсутствие анестезии и еще тот факт, что Кристи — строгий последователь пресвитерианства и трезвенник… Может, Джейми сядет ему на грудь, а Роджер придержит ноги, и если Брианна крепко сожмет его кисть…

На мгновение я отвлекалась от этой проблемы и сонно зевнула, но дремоту тут же как рукой сняло, когда в открытое окно залетела большая желтая стрекоза. Бросив жевать ленту в моих взъерошенных волосах, Адсо бросился за стрекозой. Мокрая изжеванная лента повисла за моим левым ухом. Испытывая легкую неприязнь, я сняла ее и положила сушиться на подоконник, а затем перелистала назад несколько страниц, чтобы полюбоваться изящными рисунками змеиного укуса.

Нога Джейми зажила на удивление хорошо и чисто, и, хотя кое-где кожа еще сходила, личинки отлично объели мертвую ткань, так что в итоге осталось только два небольших следа от змеиных зубов и тонкий прямой шрам поперек икры, где я делала надрез.

Довольно напевая себе под нос, я бегло просмотрела последние записи Дэниела Роулингса.

«Джозеф Говард, основная жалоба — свищ прямой кишки в таком запущенном состоянии, что развился серьезный абсцесс, а также сильный геморрой. Назначено лечение: отвар собачьей мяты, смешанный с жжеными квасцами и небольшим количеством меда и вскипяченный с соком календулы».

Затем, на той же странице, шла запись, сделанная через месяц после предыдущей; описывалась эффективность указанной смеси, были приведены иллюстрации состояния пациента до и после приема отвара. Рисунки меня поразили: художник из Роулингса не лучше, чем из меня, но ему удалось невероятно точно передать, как выглядит болезнь изнутри.