Книга Огненный крест, страница 476 – Диана Гэблдон

Впрочем, черных людей слишком мало и они слишком бедны, чтобы представлять интерес; женщин всего три, и те страшные как смертный грех — наверное, и правда демоны. Короче, селяне решили оставить их в покое. В деревне те не появлялись, добавила одна дама, сморщив носик, иначе их бы учуяли собаки.

Разговор прервался, и мы разбрелись по разным концам сада, срывая спелые фрукты с деревьев; девочки собирали падалицу.

В обед отправились домой — усталые, загоревшие, пахнущие яблоками, и обнаружили, что охотники уже вернулись.

— Четыре опоссума, восемнадцать кроликов и девять белок, — доложил Джейми, промокая лицо влажным полотенцем. — И птиц тьма-тьмущая, но у нас и так голубей навалом. Разве что подстрелили сокола — Джордж Гист хотел перья.

Кожа у Джейми обветрилась, переносица обгорела до красноты, однако настроение у него было отличное.

— А Брианна, умница такая, подстрелила лося — прямо по ту сторону реки. Попала в грудь и сама перерезала горло, хоть и непросто было — зверь еще брыкался.

— Замечательно, — пробормотала я себе под нос, представляя острые рога и копыта в непосредственной близости от своей дочери.

— Расслабься, саксоночка, — успокоил меня Джейми, заметив мое выражение лица. — Я научил ее, как надо, — она зашла сзади.

— Замечательно, — повторила я более ядовитым тоном. — Я полагаю, охотники впечатлились?

— О, еще как! — весело воскликнул Джейми. — А ты знаешь, что чероки позволяли своим женщинам не только охотиться, но и воевать? Ну, не слишком часто, — добавил он, — но время от времени какой-нибудь бабе взбредало в голову, и мужики шли за ней, представляешь?

— Безумно интересно, — ответила я, пытаясь отогнать картинку: Брианна, приглашенная возглавить боевой отряд чероки. — Да, кровь — не водица.

— Чего?

— Неважно. А медведей-то видели? Или были слишком заняты сравнительной антропологией?

Джейми прищурился над полотенцем.

— Видели следы — у Джосайи глаз наметан. И не только помет: нашли дерево, о которое зверь чесался, — шерсть в коре застряла. Он говорит, у каждого медведя есть любимое дерево или два и тот каждый раз к ним возвращается, так что, если хочешь завалить зверя, нужно разбить поблизости лагерь и ждать.

— Я так понимаю, пока стратегия не сработала?

— Сработала бы, — ответил Джейми, ухмыляясь, — только медведь не тот. Волосы на дереве были бурые, не белые.

Впрочем, поход оказался вполне удачным. Охотники описали огромный полукруг у деревни, зайдя как можно дальше в лес, а затем методично прочесали местность до реки и на мягкой почве низины, возле тростника, обнаружили отпечатки лап.

— Джосайя говорит — зверь другой, не тот, чью шерсть мы нашли в коре; да и Цаца’ви вроде бы узнал следы.

В результате все присутствующие эксперты пришли к заключению, что медведь устроил берлогу в густом тростнике, где летом темно и прохладно, к тому же куча птиц и мелкой живности. Даже олень мог бы там спрятаться в жаркую погоду.

— На лошади туда не заехать? — спросила я.

Джейми покачал головой, пальцами вычесывая листья из волос.

— Да и пешком-то не продраться — слишком плотно растет. Только мы не собирались туда лезть.

Вместо этого решили поджечь тростник, чтобы выгнать зверя — и остальную дичь — в низину и там убить. Судя по всему, это распространенный охотничий прием, особенно ранней осенью, когда тростник высыхает и легко воспламеняется. Однако пожар выгонит не только медведя, но и множество другой дичи. Поэтому отправили весточку охотникам соседней деревни, милях в двадцати, с приглашением присоединиться. Если повезет, зверья хватит на зиму жителям обеих деревень. К тому же чем больше охотников, тем меньше шансов, что медведь убежит.