Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 688 – Диана Гэблдон

— Как сказал Роберт, мы благодарим вас за то, что пришли, — просто сказала она.

— Я не делал такого раньше, — признался Бобби. — Возможно, тебе придется мне подсказывать.

— Это несложно, — ободрила его Пейшенс Хардман.

— Конечно, — подтвердила Пруденс. — Ты просто должен сказать, что берешь ее в жены.

— Да, и еще — что обещаешь кормить ее… то есть нас, так? — вставила Пейшенс. — И защищать?

— Возможно, — с сомнением согласилась Пруденс. — Но он не обязан это говорить. Достаточно «Я беру тебя в жены». Правда же, мама?

Сильвия крепко зажмурила глаза и залилась краской, как и ее будущий муж.

— Девочки, — пробормотала она. — Ради бога.

Когда смешки среди гостей стихли, Бобби и Сильвия с пылающими лицами посмотрели друг на друга, отвели глаза и снова встретились взглядами. Эйдан Маккаллум встал со скамейки и подошел к отчиму. В тринадцать лет он был почти такого же роста, как Бобби.

— Все в порядке, па. — Обернувшись, он подозвал к себе младших братьев, которые кое-как заняли место рядом. Затем Эйдан поманил девочек Хардман — те вопросительно переглянулись и, придя к молчаливому соглашению, тоже встали.

— Мы поженимся на вас, — твердо сказал Эйдан девочкам. — Все мы женимся на всех вас. А вы… согласны выйти замуж за нас?

— Согласны! — просияв, хором ответили Пейшенс и Пруденс. Пейшенс наклонилась и зашептала на ухо Честити. Малышка, повернув ангельское сияющее личико к Робу, громко сказала: «Согасна!», затем проковыляла к нему и обхватила вокруг талии. «Поселуй меня!» — добавила она и, встав на цыпочки, запечатлела звучное «Мва!» на его щеке.

Потребовалось некоторое время, чтобы восстановить порядок.

Наполовину зажившая грудина ужасно болела, однако Джейми был не единственным из гостей, кто смеялся до слез. Он просто не мог остановиться. Клэр протянула ему чистый носовой платок, и Джейми уткнулся в него лицом; прежние горести и теперешняя радость, страх и покой выплеснулись из него разом, как освежающая чистая вода.

* * *

Все спустились к Новому дому, где мы, прежде чем отправиться в Дом собраний, уже распаковали принесенные женщинами корзины и на скорую руку накрыли свадебный стол. Теперь в кухне царил по большей части организованный хаос: мы поспешно нарезали фрукты и мясо, пироги и хлеб, вытряхивали из формочек масло, черпали из мисок желе, кетчупы и соусы и поливали медом жареный ямс и каштаны.

Джейми, Роджер и Йен-младший принесли три бочонка виски двухлетней выдержки, а Лиззи и Рэйчел сварили достаточно пива, чтобы утолить жажду целого стада лосей. По крайней мере, я на это надеялась.

Я мельком увидела у окна Мэнди с голубым шелковым бантом в волосах; она заботливо совала кусочки еды в рот Честити, как малиновка, кормящая потомство, хотя Честити была уже достаточно взрослой, чтобы самостоятельно есть ложкой. Улыбнувшись, я огляделась в поисках других девочек и обнаружила их прямо у себя под носом. Они усердно раскладывали суккоташ в несколько больших деревянных мисок и трещали как сороки.

— Вам так повезло, — с завистью в голосе говорила Фанни. — Три брата! У меня и одного-то никогда не было!

Пруденс и Пейшенс, пребывающие в полном восторге и раскрасневшиеся от волнения под новыми накрахмаленными чепцами, рассмеялись.

— Мы поделимся ими с тобой, Фрэнсис, — заверила Пейшенс. — Особенно Робом.