Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 616 – Диана Гэблдон

Они с Тотисом сидели за столом, ели хлеб с медом и болтали с Фанни и Агнес на смешении языков: я разобрала английский, гэльский и, как мне показалось, мохок, плюс отдельные слова на французском. А когда рот был занят едой, они то и дело прибегали к языку жестов.

— Ну, вот и ты наконец! — сказала я, впрочем, без особого осуждения.

— Вот и мы, — дружелюбно согласился Йен. — Я слышал, у вас гость, тетушка.

— У нас их было несколько. — Присев, я вдруг осознала, что уже много часов ничего не ела. — Тебе девочки рассказали?

— Да, о черных солдатах. — Йен ухмыльнулся. — И о том человеке, которому ты отпилила ногу. Смею предположить, тетушка, тебе известно немного больше?

— Да.

Я потянулась за ломтем хлеба и горшочком с медом и ввела племянника в курс дела. Он округлил глаза при известии о появлении Улисса, которого знал, но не видел с тех пор, как тот исчез из «Горной реки» много лет назад. Те же глаза сузились, когда я поведала о его угрозах.

— Да уж, — изрек Йен, когда я закончила повествование. — Что дядя Джейми собирается делать?

— Он мне еще не сообщил, — неохотно призналась я. — По крайней мере, не бросился за ним в погоню. Я имею в виду, Джейми мог последовать за Улиссом и оставить капрала Джексона на кого-то другого, но поступил иначе.

Йен пожал плечом, отвергая подобную мысль.

— Зачем ему пускаться в погоню? Ты говоришь, с Улиссом большой отряд — значит, любой их выследит, особенно по такой дороге. — Нагнувшись, Йен поднял ногу Тотиса и продемонстрировал слой грязи, покрывавший мокасины мальчика и кромку его кожаных штанов. — А у дяди Джейми пленник, — добавил он, опуская ногу и взъерошивая волосы Тотиса, отчего тот хихикнул. — Нет смысла гоняться за Улиссом без ополчения, а чтобы собрать людей, уйдет полдня.

— Уверена, он бы и не стал. — Я налила молока в чашку. — Последнее, чего он хочет, — это генеральное сражение, в котором могут погибнуть люди — с обеих сторон. Не говоря уже о том, чтобы убийством солдат вызывать гнев — ну, еще больший гнев — британской армии.

— Да, пойдут толки, — задумчиво сказал Йен. — Чем меньше людей узнает о письме, тем лучше.

— Господи, об этом я и не подумала.

Хлеб с медом восстановил истощенный уровень глюкозы у меня в крови, и я начала лучше соображать. Если содержание письма выплывет наружу — и таким образом дойдет до сведения лоялистов не только в Ридже, но и в близлежащих поселениях, — нас ждет катастрофа. Им только повод дай собрать так называемый Комитет безопасности — прикрытие для чего угодно, от шантажа до разбоя, — и арестовать Фрэзера из Фрэзер-Ридж. Или сжечь новую — незаконную — крышу над его головой, как выразился Улисс.

— Чертов хорек, — пробормотала я себе под нос.

— Дядя Джейми в порядке? — Йен оглядел меня с выражением, крайне похожим на ухмылку.

— Он спит, — ответила я, не обращая внимания на полунамек. — Тотис, хочешь пирог с яблоками и изюмом?

Тотис, обычно не по годам серьезный, на это предложение широко улыбнулся, явив отсутствие недавно выпавшего молочного зуба.

— Да, пожалуйста, бабуля Колдунья, — сказал он.

Фанни хихикнула.

— Бабуля Колдунья? — Я поглядела на Йена, вставая за пирогом.

Он пожал плечами.

— Ну, сахем зовет тебя…

Сахем жил один, в построенном им маленьком жилище из веток, но, как я поняла, проводил много времени с Мюрреями.