Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 253 – Диана Гэблдон

После каждой утренней службы я располагалась под огромным каштаном и в течение часа вела прием: обрабатывала небольшие ранки, осматривала горло, раздавала советы и запретные (как-никак это было воскресенье) бутылочки с «тоником», представлявшим собой смесь разбавленного виски с сахаром и травяных настоек. Универсальное средство от авитаминоза, зубной боли и несварения. Иногда я добавляла немного скипидара, если требовалось лекарство от глистов.

В это время Джейми — зачастую в сопровождении Йена — ходил от одной группки к другой, обменивался приветствиями, вступал в непринужденные беседы и слушал. Внимательно слушал.

— Шила в мешке не утаишь, саксоночка, — говорил он мне потом. — Даже если бы наши арендаторы и хотели (а они, как правило, не хотят), у них не получается держать язык за зубами. Поэтому они всегда говорят, что думают, — в том числе о политике.

— Что думают сами или что думают о политических взглядах соседей? — спросила я. Большинство моих пациентов были женщинами, так что я уже имела некоторое представление о сути его воскресных бесед.

Джейми невесело рассмеялся.

— Саксоночка, обсуждая взгляды соседей, они невольно выдают и собственные воззрения.

— Они не догадываются, что у тебя на уме?

Он пожал плечами.

— В любом случае скоро узнают.

* * *

Две недели спустя, когда Каннингем дочитал последнюю молитву, но еще не успел отпустить всех по домам, Джейми вдруг поднялся и попросил дать ему слово.

Прямая спина Элспет Каннингем напряглась, черные перья на шляпке угрожающе завибрировали. Однако капитану ничего не оставалось, как согласиться: он сошел с кафедры и любезным жестом уступил место хозяину Риджа.

— Всем доброе утро! — с поклоном обратился Джейми к собравшимся. — Прошу прощения, что вынужден потревожить вас в воскресенье. Только я и сам немало встревожился, получив на этой неделе письмо. С вашего позволения, я его зачитаю.

По рядам пронесся гул одобряющих, удивленных и заинтригованных голосов. Всех охватило дурное предчувствие.

Джейми вынул из кармана сложенный листок бумаги; сквозь жирные пятна, оставленные восковой печатью, кое-где проступали слова. Водрузив на нос очки, он прочел:

Мистер Фрэзер!

Я решил взять на себя смелость донести до Вашего сведения, что генерал Гейтс атаковал войска лорда Корнуоллиса под Камденом и потерпел сокрушительное поражение. Также с прискорбием сообщаю о гибели генерал-майора де Кальба. Из-за вынужденного отступления армии Гейтса Южная Каролина была оставлена на милость врага. До меня дошли слухи, что на север отправлены дополнительные резервы из Флориды для поддержки оккупации Саванны. Но меня беспокоит не только это: говорят, у генерала Клинтона созрел еще более коварный план по захвату отдаленных районов. Он предлагает внедрить в наши ряды шпионов, чтобы переманить на свою сторону и вооружить лоялистов, собрав тем самым армию ополченцев. После чего, заручившись поддержкой регулярных войск, подавить и уничтожить в зародыше любые намеки на восстание в горных районах Теннесси и обеих Каролин.

Я убежден, что это вовсе не досужие слухи, и готов предоставить Вам многочисленные доказательства, как только они попадут мне в руки.

В связи с вышеизложенным…

У меня возникло странное ощущение déjà vu. Тревожно засосало под ложечкой, а руки покрылись мурашками. В помещении церкви было жарко и влажно, как в турецкой бане, но мне казалось, будто я стою в пустой холодной комнате, в окна которой хлещет ледяной шотландский дождь, и слушаю похожие на приговор слова: