Книга Написано кровью моего сердца, страница 568 – Диана Гэблдон

— Понятно. — Несмотря на мои подозрения (или даже уверенность в том, что он задумал), я с удовольствием взяла в руки теплую миску с соблазнительно пахнущей кашей. Эми подала мед и немного сливок, оставшихся после взбивания масла, — из уважения к развращенным английским вкусам Бобби. Сама она по-шотландски скромно приправила кашу одной лишь солью.

Еда меня немного успокоила. Да и что я вообще могла сделать? Я не знала, как зовут толстого урода и где он живет. А вот Джейми, возможно, знает. Сразу после беседы с Дженни он вполне мог отправить кого-нибудь в факторию Бердсли с вопросом о тучном мужчине с красной родинкой на лице. Даже если он пока не добыл информацию, мне его все равно не нагнать — и уж тем более не остановить.

«Горец не может жить на одной земле с тем, кто изнасиловал его жену», — сказала мне тогда Дженни. Видимо, предупреждала.

— Кушать! — вдруг произнес малютка Роб. Он обеими руками схватил меня за юбку и улыбнулся, демонстрируя все свои четыре зуба.

— Привет, малыш, — ответила ему я вопреки беспокойству. — Хочешь кушать? — Я протянула Робу ложку с медовой кашей, и он набросился на нее с видом голодной пираньи. Остаток завтрака мы съели напополам в тишине (мальчик не особо болтлив), и я решила, что сегодня поработаю в саду. Далеко в поле идти не хотелось, ведь роды у Рэйчел могли начаться в любой момент, зато небольшой отдых в умиротворяющей компании овощей должен меня успокоить.

«К тому же дома сидеть неохота», — мысленно добавила я, глядя, как Роб, облизав тарелку, отдал ее мне и подбежал к очагу, куда и пописал, задрав сорочку.

* * *

Рядом со строящимся домом разобьем новый сад. Его уже отмерили, землю вскопали, установили столбики для высокой ограды. Только нет смысла каждый день ходить так далеко, чтобы ухаживать за садом, если жить еще негде. Пока я ухаживала за участком Эми и то и дело засовывала семена и ростки меж рядами капусты и репы, однако сегодня намеревалась посетить Старый сад.

Так его называли жители Риджа, и никто из них, в отличие от меня, туда не ходил. Для меня же он был Садом Мальвы.

Сад располагался на небольшом пригорке. Я прошла по опустевшему месту, на котором прежде стоял Большой дом — и прошла вполне спокойно. «Есть и другие поводы для волнения», — усмехнулась я.

«Ты сходишь с ума, Бичем», — пробормотала я вслух, и от этого стало легче.

«Олений забор» обветшал и в некоторых местах провалился, а животные, от которых он защищал территорию, восприняли это как приглашение. Растения они затоптали и частично съели, и если салат-латук и редиска еще успели оставить семена, то бо́льшая часть растущих культур была сжевана до основания. Однако некоторые выжили: в одном углу цвел колючий шиповник, по земле стелились огуречные стебли, ползучие лианы тыкв и вовсе оплели сломанную часть ограды, с которой теперь свисали зреющие плоды.

Из дыры в заборе торчала огромная фитолакка высотой футов десять, ее прочный красный стебель поддерживал целое море длинных зеленых листьев и сотни красновато-фиолетовых цветоножек. Деревья поблизости сильно разрослись и бросали тень на участок земли, и в рассеянном зеленоватом свете вытянутые шишковатые стебли напоминали голожаберных моллюсков — ярких морских слизняков, которые медленно покачиваются в потоке воздуха, а не воды. Проходя мимо, я уважительно дотронулась до растения — от него шел какой-то странный лекарственный запах. Фитолакку можно применять с пользой, однако есть ее точно не стоит. Конечно, иногда люди питались ее листьями, но лишь в крайних случаях, когда ничего съестного не имелось под рукой, — шансы отравиться очень высоки.