Книга Написано кровью моего сердца, страница 478 – Диана Гэблдон

Джейми не собирался шутить, однако обрадовался и успокоился, когда Клэр засмеялась. Напряжение в ее руке спало, пальцы уверенно легли на его ладони.

Он все понял, как только они вошли в комнату. Трудно было сказать, что именно изменилось, но Клэр явно услышала трепет крыльев Смерти — Джейми и сам это чувствовал. Бледсоу был в сознании — едва-едва — и приоткрыл глаз, заметив их.

— Мы здесь, приятель, — прошептал Джейми, встав на колени, и взял Бледсоу за липкую и холодную от пота ладонь. — Все хорошо, мы здесь. Скоро все закончится.

Воздух пропитался опием, к которому примешивался запах дегтя, крови и жженых волос. Клэр стояла с другой стороны кровати, держа запястье Бледсоу, и переводила взгляд с вялого лица больного на его искалеченную ногу.

— Сепсис, — тихим, но уверенным голосом произнесла она. — Видишь красную линию вот здесь? — Клэр показала на полоску отвратительного темно-красного цвета, которой раньше не было на ноге или же Джейми ее не замечал. Волоски на плечах у него встали дыбом, и он нервно заерзал. — Заражение крови. Бактерии… в общем, микробы попали в кровь. Они быстро перемещаются, и, если они обоснуются в теле… я ничего не смогу сделать.

Джейми резко поднял голову, услышав, что ее голос слегка дрожит.

— А если не успеют? Шансы есть? — спросил он, желая приободрить Клэр, хотя мурашки по телу побежали еще сильнее.

— Да, но их не очень много. — Она шумно сглотнула. — Его может убить шок от ампутации, да и риск заражения тоже высок.

Джейми встал, подошел к Клэр и обнял ее за плечи — нежно, но крепко, ощутив ее кости — они так же близко к поверхности, как и ее чувства.

— Если шанс есть, надо попробовать, саксоночка.

— Ты прав, — пробормотала она в ответ. По ее телу прошла дрожь, несмотря на духоту в комнате. — Да поможет мне Бог.

— Он поможет, — прошептал Джейми, заключая ее в объятия. — И я тоже.

* * *

Я стояла не в том месте. От понимания происходящего не становилось легче.

Опытный хирург — всегда потенциальный убийца, и важная часть практики заключается в принятии этого факта. Намерения его благородны (по крайней мере, врач надеется, что это так), но он жестоко вторгается в чужое тело, а чтобы все прошло успешно, надо быть безжалостным. Иногда больные умирают от манипуляций, и, зная это… хирург все равно делает операцию.

Хотя в комнате стояла невероятная духота, я попросила принести еще свечей. Среди влажности и испаряющегося пота мерцание канделябра наполнило помещение нежной, романтичной атмосферой, которая уместна, скорее, на вечере с вином, флиртом и танцами.

Вино подождет, а вот танцы со смертью — привычная часть жизни любого хирурга. Проблема заключалась в том, что я забыла танцевальные па и начала заигрывать с паникой.

Я наклонилась проверить пульс и дыхание Тенча. Он дышал неглубоко, но быстро. Нехватка кислорода, сильная потеря крови… У меня самой что-то сжало в груди, голова закружилась, сердце бешено застучало.

— Саксоночка. — Опираясь рукой на столбик кровати, я повернулась и увидела, что Джейми мрачно смотрит на меня. — Ты в порядке?

— Да, — не очень убедительно ответила я и покачала головой, чтобы выбросить из нее все лишнее. Джейми подошел ближе и накрыл мою руку своей. От прикосновения его большой и уверенной ладони стало легче.