Книга Написано кровью моего сердца, страница 416 – Диана Гэблдон

— К Гейлис Дункан?

— А ты бы на моем месте поступил иначе? — рявкнул Бак.

— Вчера я именно так и поступил, — иронично ответил Роджер. — Конечно, я все понимаю. — Намерения Бака его не удивили. Роджер медленно пережевывал импровизированный бутерброд, размышляя о том, как много стоит рассказать Баку о Гейлис. — Твоя мать… — начал он и еще раз прочистил горло.

Выслушав Роджера, Бак молча уставился на последний кусок бекона, подсушивающийся на костре.

— Бог ты мой, — проговорил в итоге Бак, но в его голосе не слышалось изумления. Скорее, он звучал очень заинтересованно и немного тревожно. Бак задумчиво посмотрел на Роджера своими болотно-зелеными глазами. — А что ты знаешь о моем отце?

— Столько, что за пять минут не расскажешь, а нам уже пора выдвигаться. — Роджер встал, стряхивая с колен крошки. — Надоело объяснять местным волосатым идиотам, кто мы такие. С древнеанглийским у меня уже не очень.

— «Лето пришло, пой громко, кукушка», — процитировал Бак старинную песню, глядя на голые деревца, цепляющиеся корнями за трещины в утесе. — Что ж, вперед.

19 декабря 1980 года

Эдинбург, Шотландия

РУКОВОДСТВО ДЛЯ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ ВО ВРЕМЕНИ. ЧАСТЬ 2

Осталось немного. Зимнее солнцестояние уже послезавтра. Я представляю неспешное движение земли в темноте, смещение тектонических плит под ногами… вижу, как все выстраивается в линию. Луна выросла почти на четверть. Не знаю, имеет ли это значение.

Утром мы сядем на поезд до Инвернесса. Я позвонила Фионе — она встретит нас на вокзале, потом мы пообедаем и переоденемся у нее дома, после чего двинемся в Крейг-на-Дун, где Фиона нас и оставит. Или пусть подождет хотя бы часок? Вдруг кто-то загорится или не пройдет сквозь камни и будет лежать там без сознания. А то и погибнет.

После долгих колебаний я решила связаться еще и с Лайонелом Мензисом и попросила его присмотреть за Робом Кэмероном. Инвернесс — городок небольшой, кто-нибудь может заметить нас на вокзале или у дома Фионы. Да и слухи быстро распространяются. Если что, Мензис предупредит меня.

В краткие моменты прояснения мне кажется, что все будет хорошо, и я смотрю в будущее с надеждой, едва не дрожа от предвкушения. Однако бо́льшую часть времени я уверяю себя в том, что сошла с ума, и вот тогда меня трясет по-настоящему.

Крейнсмуир, Шотландия

Роджер и Бак стояли у дальнего угла крошечной площади в центре Крейнсмуира и смотрели на дом сборщика налогов. Роджер бросил безрадостный взгляд на постамент с деревянным позорным столбом: место было лишь для одного злоумышленника, значит, преступность в городе не возрастает.

— Чердак, все верно? — Бак внимательно изучал зарешеченные окна верхнего этажа — пусть не такие большие, как на нижних, но все же. Крепкое строение. — Кажется, под потолком висят какие-то растения.

— Как и говорила Клэр. Это ее… ее… — Роджер чуть не сказал «логово», затем все-таки подобрал другое слово: — Кабинет. Там она делает свои снадобья и амулеты.

Роджер осмотрел свои рукава — все еще мокрые после поспешного «душа» (в деревне он обтерся губкой, обнаружив воду в корыте для лошадей) — и поправил ленту в волосах.

Открылась дверь, и из дома вышел мужчина: хорошо одетый, в теплом пальто — по виду купец или, может, адвокат. Бак наклонился в сторону, пытаясь рассмотреть, что внутри дома, пока дверь не захлопнулась.