— Nach e sin an rud as brèagha a chunnaic thu riamh?[92] — спросил Роб, с чьего лица так и не сошло изумленнное выражение.
— Cha mhór![93] — ответила она и, невзирая на беспокойство, слабо улыбнулась. Почти улыбнулась.
На лице Роба тоже цвела улыбка, но теперь он улыбался уже ей.
— А, так ты все-таки говоришь на гэльском! Я не поверил кузену — это с твоим-то боу-стоу-нским акцентом! — сказал он, растягивая звуки, словно бостонец, — так, по крайней мере, ему казалось.
— Оставь а-авто в па-арке Гарва-арда, — сказала она с настоящим — пусть и слегка преувеличенным — бостонским акцентом.
Роб рассмеялся.
— Как это у тебя получается? На гэльском-то ты говоришь без акцента. То есть он у тебя есть, но не такой. Скорее, как на острове Барра, может, или Юст.
— Мой отец — шотландец. Я переняла акцент у него.
— Правда? А откуда он? Как его зовут?
— Джеймс Фрэзер, — ответила она. Называть имя не опасно — Джеймсов Фрэзеров десятки. — Но его… уже нет в живых.
— Соболезную тебе. Мой отец погиб в прошлом году. Вот ведь как бывает, да? — Роб сочувственно коснулся ее руки.
— Да, — кратко ответила Брианна и прошла мимо.
Он тут же повернулся и последовал за ней.
— Роджер говорил, у вас детишки есть? — Роб улыбнулся уголком рта, уловив ее удивление. — Встретил его в ложе. Хороший парень.
— Хороший, — настороженно согласилась Брианна.
Роджер не говорил, что встретил Роба. Интересно почему? Они, похоже, общались довольно долго, раз уж Роб выяснил, что Роджер ее муж и у них есть дети.
— Как жаль проводить такой чудесный день на дамбе. Сейчас бы побыть у воды… — Роб кивнул в сторону потока, где на мелководье стояли, словно цапли, шестеро рыбаков. — Вы с Роджером умеете рыбачить?
— Я умею, — сказала она и вспомнила подергивание удочки в руках, отзывающееся нетерпеливой дрожью в теле. — А ты, значит, любишь рыбачить?
— Да, у меня есть разрешение на рыбалку в национальном парке Ротимерчус. Скажи, если когда-нибудь захочешь съездить, босс.
Он обогнал ее и, насвистывая, первым вошел в офис дамбы.
* * *
«Лей — это невидимая линия между двумя значимыми географическими объектами, обычно древними сооружениями или мегалитами. Существует несколько теорий, объясняющих существование леев; ведутся споры на тему, феномен это или всего лишь объект человеческой культуры.
Я имею в виду следующее: если выбрать два значимых для людей объекта, то от одного до другого, скорее всего, будет проложен путь, и не важно, что это за объекты. Например, Лондон и Эдинбург соединяет широкая дорога, потому что люди хотят часто ездить из одного города в другой. А леем называют древний путь, ведущий, скажем, от мегалита к старому аббатству, построенному на месте языческого святилища.
Поскольку иных материальных свидетельств, помимо очевидного существования подобных линий, нет, о леях ведется много пустых разговоров. Некоторые придают им магическое или мистическое значение. Я не вижу причин для этого, и такого же мнения придерживалась и твоя мать, а она все-таки ученый. С другой стороны, наука порой меняет точку зрения, и то, что кажется магией, может обрести научное обоснование. (Примечание: сделать сноску о Клэр и заготовке трав.)
Тем не менее одну из теорий о леях можно объяснить физическими законами. Возможно, ко времени, когда тебе в руки попадет этот текст, ты уже будешь знать, кто такие лозоходцы. Если получится, я постараюсь познакомить тебя с одним из них. На всякий случай поясню: лозоходец может обнаружить под землей воду, а иной раз залежи руды. Некоторые из лозоходцев для обнаружения воды используют раздвоенную на конце ветку, металлический прут или иной предмет, другие же просто чувствуют ее. У этого умения нет обоснования; твоя мать говорит, если следовать принципу Оккама, подобные люди просто знают геологию и признаки мест, под которыми залегают подземные воды. Я видел, как работают лозоходцы, и могу сказать, что это не совсем так, — особенно учитывая теории, о которых я тебе рассказываю.
Одна из теорий гласит, что вода или металл имеют некое магнитное излучение, которое и чует лозоходец. Твоя мать полагает, что первая часть утверждения верна и в земной коре существуют геомагнитные полосы, которые опутывают весь земной шар. Более того, она сказала, что эти полосы можно определить специальными приборами, но они непостоянны — меняют свое направление. Считается, что в этом виноваты пятна на солнце и смена полюсов.
Еще один интересный факт: почтовые голуби (возможно, другие виды птиц тоже), похоже, чувствуют геомагнитные линии и с их помощью определяют, куда лететь.
