Книга Путешественница, страница 447 – Диана Гэблдон

— Его повесят, не так ли? — сурово заключила я.

Капитан Леонард кивнул и закрыл глаза. Было видно, насколько тяжело ему даются слова и как долго он подбирает их.

— Миссис Фрэзер, поверьте… Я знаю, что такое смерть через повешение… я видел…

Дальше он умолк, сглотнул и набрал воздуха в грудь. Глаза его уже не светились радостью, как прежде.

— Я виноват перед вами, это страшная вина: вы спасли стольких моих людей, а я… А я сгубил вашего мужа! — с надрывом выкрикнул он. — Мне нет прощения, такое не прощается. Извините меня, мне следует идти.

Он повернулся было, чтобы уйти, но там стояла шведка, продолжавшая уговаривать вахтенного матроса.

— Как… Как вы смеете! Что делает животное из трюма на палубе? Мистер Холфорд!.. — капитан выговаривал одновременно и караульному, и Аннеке.

Женщина мигом сообразила, что выполнение нашего плана или переносится, или отменяется вовсе. Она некоторое время послушала не совсем понятную ей английскую речь, виновато опустила голову, забрала животное и ушла в трюм. Мне она послала знак, состоявший из закрывания одного глаза и улыбки. «Не дрейфь, обойдется».

Когда? Когда мы сможем предпринять новую попытку?

Состояние капитана Леонарда можно было понять. Он предпочитал прятаться от меня на юте, хотя, правду говоря, я не искала его общества: все, что можно было сказать, он уже сказал. Мы проходили мимо острова Аклинс и Саманского залива и могли наблюдать местную погоду, ясную, но со странными порывистыми ветрами, рвавшими паруса. Это требовало постоянного присутствия капитана, и он с редким умением руководил изрядно поредевшей командой.

Пролив Кайкос мы не смогли пройти успешно: четыре дня борьбы с ветрами и смена курса привели нас в полосу ураганов. По крайней мере один из них обрушился на «Дельфин», и моряки не успели ни спрятаться, ни убрать паруса.

Шквал застал меня на палубе, я с раздутыми ветром юбками понеслась по палубе, словно пушинка. Мое движение остановил Рэмсделл Ходжес, матрос из полубака, с которым я упала на палубу, подбив его.

Слышался страшный рев и треск, люди метались по кораблю, сколько я могла видеть, кто-то отдавал команды.

Я уселась и спросила:

— Что стряслось?

— Сломалась грот-мачта. — Ходжес уже стоял и помог встать мне. — Вот ровно, как вы, упала. Настало времечко, только держись!

Наставшее времечко заставило нас снова изменить курс, чтобы зайти в Бутылочную бухту, где могли бы отремонтировать мачту. Мы шли на юг, но не заходили слишком глубоко в бухты, иначе «Дельфин» не удержался бы на отмели, а эта гавань как раз подходила для того, чтобы бросить якорь. Пока корабль стоял на ремонте, мы могли свободно ходить по острову — то был Северный Кайкос, — да только я была не рада этому.

Острова Теркс и Кайкос, словно двойники, были небольшими и засушливыми. Пресной воды на них было совсем немного, зато соленая, содержавшаяся в заливах и бухтах, была в изобилии.

К этим пустынным островам причаливали корабли, но только тогда, когда шторм заставал их врасплох. В остальное время Теркс и Кайкос населяли разве что морские птицы. Ждать здесь судна, прибитого штормом… А если принесет только рыбачью лодку? Нет, на это я не могла согласиться. Зато Аннеке придумала кое-что.

— Знаю, где мы, — потянула на меня в укромное место. — Впереди Большой Терк, Мушуар. Кайкос нет, он в стороне, мы ушли от него.