Книга Чужестранка, страница 376 – Диана Гэблдон

Внезапно встал с тюка и сделал шаг ко мне.

— Кто знает? – еле слышно сказал он еще раз. – Если бы я вспахивал своим плугом эту славную каштановую борозду и ежедневно засевал ее…

Он шагнул еще ближе, тени на стене пещеры зашевелились.

— Вы нашли для этого чертовски подходящее время, – злобно сказала я.

Дугал заметил, что я смотрю мимо него на вход в пещеру, и на его лице отразилось изумление.

— Вмешиваться оно как-то нехорошо, – сказал Мурта и вошел в пещеру вместе с двумя кремневыми пистолетами, один из которых он наставил на Дугала, а другой употреблял при жестикуляции. – Если вы намерены отклонить последнее предложение, то призываю вас уйти со мной. Но ежели вы намерены его принять, то я удалюсь без вас.

— Никто никуда не удалится, – твердо сообщила я. – Садитесь, – сказала я Дугалу, который продолжал стоять как вкопанный, уставившись на Мурту словно на привидение.

— А где Руперт? – спросил он наконец.

— А, Руперт…

Мурта задумчиво почесал подбородок дулом пистолета.

— Кажется, он отбыл в Белладрум. Вернется с восходом, – уверенно сказал он. – С бочонком рома, за которым вы его, как я понял, послали. Все остальные ночуют в Куинборо.

Дугал сумел расхохотаться, хотя и хриплым смехом. Он сидел, сложив руки на коленях, и смотрел то на Мурту, то на меня. Воцарилось непродолжительное молчание.

— Ну? – заговорил Дугал. – Что будем делать?

Вопрос бы, как ни крути, не в бровь, а в глаз. Ошарашенная тем, что вместо Джейми обнаружила Дугала, потрясенная его признаниями и до крайности взбешенная последовавшими затем предложениями, я не выкроила минуту поразмыслить над дальнейшими действиями.

К счастью, Мурта подготовился лучше меня (однако он не столкнулся с непристойными предложениями).

— Нам требуются деньги, – прямо заявил он. – И люди.

Потом оценивающе воззрился на тюки и проговорил:

— Не это. Это для короля Якова. Мы позаимствуем твои личные.

Он перевел взгляд на Дугала и дулом пистолета показал на спорран, висевший на его поясе.

Жизнь в Хайленде воспитывает в людях покорность судьбе, это из ее особенностей. Вздохнув, Дугал вытащил из споррана небольшой кошель и бросил к моим ногам.

— Двадцать золотых монет и тридцать шиллингов, – сказал он, вздернув одну бровь. – Берите, и бог с вами. – Заметив, что я смотрю на него недоверчиво, он качнул головой. – Нет, я сказал именно то, что собирался. Думайте обо мне как хотите. Джейми – сын моей сестры, и если вы сумеете его освободить, да поможет вам Бог. Но вы не сумеете, – уверенно закончил он.

Он посмотрел на Мурту, продолжавшего вращать пистолетами в воздухе.

— А вот людей не дам. Если вы, Мурта, и барышня желаете совершить самоубийство, я вас удержать не могу. Могу лишь дать обещание похоронить вас по обе стороны от могилы Джейми. Но вы не уведете с собой в ад моих людей – с оружием или безоружных.

Он скрестил руки на груди и встал, прислонившись к стене пещеры, окинув нас спокойным взором.

Мурта, не опуская пистолет, скосился на меня своими маленькими темными глазами. Стрелять или нет?

— Предлагаю сделку, – начала я.

Дугал вновь приподнял бровь.

— В настоящий момент вы имеете некоторое преимущество передо мной при заключении сделок, – заметил он. – Что именно вы предлагаете?

— Позвольте мне поговорить с вашими людьми, – сказала я. – Если они согласятся отправиться со мной по доброй воле, то отпустите их. Если нет – мы уйдем, как пришли, и вернем вам кошелек.