Книга Чужестранка, страница 138 – Диана Гэблдон

Юрист поставил на стол принесенную чернильницу, вынул из кармана гусиное перо и церемонно протянул его мне.

— А что это? – спросила я.

Вопрос был риторический, потому что сверху каллиграфическим почерком и крупными буквами было начертано: «Брачный контракт».

Дугал подавил раздраженный вздох по поводу моего упрямства.

— Вы отлично знаете, что это такое, – коротко бросил он. – И если у вас нет другой блестящей идеи, как избежать Рэндолла, подпишите это. Времени у нас мало.

Блестящих идей в запасе не оказалось, несмотря на целый час мучительных раздумий. Я начинала верить, что предложенный мне безумный выход является наилучшим, несмотря на мое внутреннее сопротивление.

— Но я не хочу выходить замуж! – повторила я.

Мне вспомнилось, что я не единственное заинтересованное лицо в части возможного брака с Джейми. Есть еще девушка-блондинка, которая целовалась с Джейми в алькове в замке.

— Может, Джейми тоже не хочет на мне жениться! – заявила я. – Что вы на это скажете?

Дугал беспечно махнул рукой.

— Джейми – солдат, он сделает то, что ему прикажут. И вы тоже, – добавил он, – если, конечно, вам английская тюрьма не милее.

Я уставилась на него, тяжело дыша. Все время с той минуты, как я вышла из комнаты Рэндолла, я находилась в состоянии близкой паники, и теперь впала в ажитацию, столкнувшись с необходимостью немедленного и серьезного выбора.

— Я хочу с ним поговорить, – сказала я.

Дугал поднял брови.

— С Джейми? Зачем?

— Зачем? Вы вынуждаете меня выйти за него замуж, а ему, насколько я понимаю, об этом даже не сообщили!

Дугал явно считал мою затею совершенно бессмысленной, тем не менее согласился и отправился вместе со свидетелями за Джейми в буфетную.

Джейми явился очень скоро и выглядел весьма удивленным.

— Вы знаете, что Дугал собирается нас поженить? – в лоб спросила я его.

Лицо у него сразу прояснилось.

— Да-а. Я это знаю.

— Но, – заговорила я, – вы ведь так молоды… я имею в виду, нет ли кого-то, в ком вы заинтересованы?

Некоторое время он смотрел на меня непонимающе, потом сообразил.

— То есть не помолвлен ли я? Нет, мне ведь особо нечем заинтересовать девушку, – сказал он, но, тотчас сообразив, что это звучит несколько оскорбительно, поспешил добавить: – То есть имущества у меня никакого, ничего, кроме солдатского жалованья, на которое я живу.

Он потер рукой подбородок, в глазах промелькнуло сомнение.

— Ну и потом, есть небольшая трудность – за мою голову назначена награда. Ни один отец не захочет выдавать дочку за того, кому грозят арест и виселица. Вы об этом поразмыслили?

Я махнула рукой; то, что он вне закона, казалось мне полной ерундой по сравнению с абсурдом всего положения в целом. Я сделала последнюю попытку:

— Вас не смущает, что я не девственница?

Джейми помедлил с ответом.

— Да нет, – медленно проговорил он, – если вас не смущает то, что я девственник.

Он усмехнулся при виде моих округлившихся глаз и повернулся к двери.

— Стало быть, один из нас знает, что делать, – сказал он на прощание.

Дверь за ним тихо затворилась, и на этом период сватовства завершился.

Бумаги были подписаны, я медленно спустилась по крутой лестнице к бару и подошла к стойке.

— Виски, – обратилась я к взъерошенному старичку.

Он скорчил кислую мину, однако кивок Дугала вынудил его принять заказ. Стакан был из толстого зеленоватого стекла, не слишком чистый и к тому же с отбитым краем, но в данный момент для меня имело значение лишь то, что это емкость, в которую можно что-то налить. Когда горло обожгло алкоголем, я ощутила некое, пусть и призрачное, спокойствие. Должно быть, из-за выпивки с особой ясностью начала замечать детали окружающей обстановки: небольшой витраж над стойкой, его цветные стекла бросали пестрые тени на хозяина и его товар; медную изогнутую ручку ковша, висящего на стене поблизости; зеленую муху, увязшую в липкой лужице на столе. Увидев некое сходство между нею и собой, я сочувственно подтолкнула ее донышком стакана на сухое место.