Книга Барабаны осени, страница 95 – Диана Гэблдон

— Мы уже близко, — сказала Иокаста. Джейми заметил, что мы отстали, и они вернулись к нам. — Терпентиновое дерево? Я его чувствую.

Аромат изрезанной древесины и едкий запах смолы были столь сильны, что даже я смогла бы найти его с закрытыми глазами. Теперь, когда мы остановились, я начала различать звуки вдали — глухие удары, гул голосов. Вдохнув, я уловила еще один запах — в той стороне что-то жгли.

Иокаста подвела Коринну вплотную к дереву.

— Вот. — Женщина коснулась нижней части среза, где в древесине вдобавок зияла дыра. — Мы это называем ящиком; сюда стекает живица. Скоро придет раб, чтобы его опустошить — «ящик» уже почти полон.

Как только она договорила, среди деревьев возник мужчина в набедренной повязке. Он вел за собой крупного белого мула, навьюченного двумя бочонками. Завидев нас, мул замер как вкопанный, задрал голову и истерично заревел.

— О, это Кларенс, — пояснила Иокаста достаточно громко, чтобы мы ее услышали сквозь поднятый шум. — Он любит новых людей. А кто там с ним? Ты, Помпей?

— Дэ, мм, я. — Раб схватил мула за верхнюю губу и с силой дернул. — Зтнись, блдок!

Раб повернулся, и я поняла, почему он так глотает звуки. У него отсутствовала половина нижней челюсти: ниже скулы начинался провал, так что вместо щеки красовался белый шрам.

Наверное, Иокаста услышала мой изумленный вздох — или просто его ожидала — и повернулась в мою сторону.

— Взрыв смолы. Повезло, что Помпей вообще жив… Вперед, мы почти на месте.

Не дожидаясь помощи конюха, Иокаста умелым движением развернула лошадь и направилась туда, откуда доносился запах горелого.

Шумная рабочая площадка кардинально отличалась от тихого, спокойного леса. На огромной поляне, полной людей, кипела жизнь. Большинство были рабами, почти голыми и грязными.

— Есть кто под навесами? — повернулась ко мне Иокаста.

Я приподнялась на стременах. На дальнем краю поляны, под хлипкими навесами, мелькнуло что-то цветное. Я разглядела троих мужчин в форме британского флота и еще одного, в бутылочно-зеленом сюртуке.

— Мой особый друг. — Иокаста улыбнулась, выслушав их описание. — Мистер Фаркуард Кэмпбелл. Пойдем, племянник, хочу вас познакомить.

Вблизи мистер Кэмпбелл оказался человеком лет шестидесяти, среднего роста. Его кожа потемнела и загрубела с возрастом, как бывает у некоторых шотландцев. Отнюдь не обветренная, а скорее загорелая, она напоминала поверхность щита, способного отразить острейший клинок.

Кэмпбелл с радостью приветствовал Иокасту, потом учтиво поклонился мне. Иэна он удостоил вскинутой бровью, а уж затем обратил все внимание серых глаз на Джейми.

— Рад вашему прибытию, мистер Фрейзер, — сказал он, протягивая руку. — Весьма, весьма рад. Много о вас слышал с тех пор, как узнал о вашем намерении посетить Ривер-Ран.

Как ни странно, Кэмпбелл, похоже, говорил совершенно искренне. Не то чтобы многим людям было неприятно встретиться с Джейми — он умел расположить к себе, — но в пылком приветствии Кэмпбелла звучало едва ли не облегчение. Необычное для такого внешне сдержанного и молчаливого человека.

Джейми даже если заметил, то виду не подал.

— Весьма польщен, мистер Кэмпбелл, — вежливо улыбнулся он и поклонился офицерам. — Господа, рад встрече.

Хмурый коренастый коротышка-лейтенант по фамилии Вульф и двое энсинов дежурно поклонились мне и Иокасте, а затем, тут же забыв о нас, завели беседу о футах древесины и галлонах терпентина.