Книга Барабаны осени, страница 128 – Диана Гэблдон

Я моргнула. Джейми — нет.

Запястье он выпустил, когда прошел сквозь завесу из листьев. Теперь он схватил меня за обе руки выше локтей. Я чувствовала жар его ладоней, огромных и твердых, и от этого вдруг осознала, насколько хрупки мои собственные кости. Я жесток…

Когда-то раньше ему удавалось встряхнуть меня пару раз. Мне не понравилось. Поэтому теперь я на всякий случай успела просунуть колено между его ног, готовая врезать по самому уязвимому месту.

— Я был не прав, — произнес Джейми.

Охваченная напряжением, я уже занесла колено и только потом расслышала его слова. Однако Джейми успел сжать мою ногу бедрами.

— Сказал же, саксоночка, я был не прав, — повторил он нетерпеливо. — Что не так?

— А… ничего, — отозвалась я, чувствуя себя немного глупо. — Отпусти, пожалуйста, а? — вежливо попросила я. Сердце еще колотилось как бешеное.

— Нет уж. Теперь ты меня выслушаешь?

— Думаю, да, — смиренно согласилась я. — Других дел у меня пока не намечается.

У Джейми дернулся уголок рта. Хватка стала сильнее, однако потом он меня отпустил.

— Очень глупая ссора вышла, ты понимаешь.

— Нет, не понимаю. — Злости у меня поубавилось, однако просто так оставлять тему я не собиралась. — Для тебя это, может, и не важно, а вот для меня — да. И это не пустяк, сам знаешь, иначе не признавал бы свою неправоту.

Губы Джейми дрогнули еще заметнее. Он глубоко вздохнул и уронил руки.

— Что ж, согласен, наверное, следовало сказать тебе про Бирнса. Но ты все равно к нему отправилась бы, даже предупреди я тебя о столбняке. Ты ведь поехала бы, зная, что ничем не сможешь помочь, верно?

— Да. Даже если… да, поехала бы.

Я и в самом деле ничего не сумела бы сделать. То «обезболивающее», что вырубило Майерса, при столбняке не помогло бы. Спазмы способен ослабить лишь укол кураре. Поэтому Бирнса я смогла бы лишь утешить своим присутствием. Правда, сомневаюсь, что он оценил бы или вообще меня заметил.

— Я врач, — произнесла я уже мягче. — Разве ты не понимаешь?

— Понимаю, — буркнул Джейми. — Думаешь, я тебя совсем не знаю, саксоночка?

Не дожидаясь ответа, он продолжил:

— О случившемся на лесопилке пошли разговоры… естественно. Когда у тебя на руках умер… ну, прямо никто не говорил, что ты убила его намеренно. Но эти мысли легко прочесть на лицах окружающих. Даже не про убийство, а что ты могла позволить ему умереть, чтобы спасти от петли.

Я уставилась на свои руки, настолько бледные, что они почти сливались с атласом платья.

— А я думала об этом.

— Знаю, — сухо отозвался Джейми. — Прочел по глазам, саксоночка.

Я глубоко вздохнула, будто хотела удостовериться, что в воздухе больше не витает запах крови. Ноздри лишь щекотал терпкий аромат соснового леса. Я вдруг живо вспомнила больницу и хвойное обеззараживающее средство, которое перебивало, но не могло избавить помещение от въевшихся в стены запахов болезни.

Еще один вздох, и я подняла взгляд на Джейми.

— Ты думал, убила ли я его намеренно?

Джейми слегка удивленно глянул в ответ.

— Ты поступила бы, как сочла нужным. — Вопрос самого убийства он опустил. — Лучше бы тебе не связываться с обеими смертями, если ты понимаешь, о чем я.

Я понимала. И уже не в первый раз убедилась, что Джейми — часть невидимых хитросплетений, которые мне никогда не постигнуть. Эти земли для него чужие, как и для меня, но он знает не только что люди вокруг говорят — это легко выяснить, стоит лишь заглянуть в таверну или пройтись по рынку. Джейми знает, как люди мыслят.