Онлайн книга «Вехи моей жизни»
|
Прапорщик слегка улыбнулся и сказал о том, что мою характеристику по причине ветхости просто-напросто изъяли из папки. Я с облегчением вздохнул, надеялся на поступление в академию. Остальное меня уже не интересовало… Прошло полгода. В моей службе каких-либо кардинальных изменений не произошло. Я все больше и больше погружался в повседневную жизнь и быт полка, который в прямом смысле был под носом у Турции, члена НАТО. Если говорить о своих личных качествах они в принципе и в армейской дыре не изменились. Я продолжал всегда и везде оставаться принципиальным и порядочным человеком. Из-за этого я довольно быстро снискал уважение среди офицеров, особенно молодых. Наступил декабрь 1978 года, который стал знаковым моментом в моей жизни. Мне предложили учиться в военно-дипломатической академии Советской Армии. Кое-что об этом серьезном заведении я уже знал. Академия занималась подготовкой разведчиков (сотрудников военных атташе) как для работы за границей, так и для службы в разведывательных органах армии страны. Набор новых офицеров производится, как правило, в конце каждого года. Преподаватели академии, в первую очередь, знакомятся с личными делами офицеров в возрасте до 35 лет и с воинским званием не ниже капитана. Тех офицеров, личные дела которых их удовлетворяют, вызывают в Москву, на собеседование. Некоторым из них предлагается сдать вступительные экзамены. Представителю ГРУ (Главного разведывательного управления при Генеральном штабе ВС СССР) поручается отбирать не более 10 офицеров, но ему приходится проверять около 100 человек, чтобы найти этот десяток самых-самых лучших. Часть будущих слушателей могут набирать и из числа выпускников военных академий. Учеба три года. Особое внимание уделяется изучению иностранных языков. Выпускник, как правило, должен знать два языка. За время своего существования академия выработала ряд сценариев по поиску кандидатов. Один из этапов проверки состоит в том, что представитель академии приходит на квартиру кандидата и ведет с ним, как правило, обычный разговор. При этом важное значение придается и жене кандидата. Иногда бывает, что жена кандидата по какой-то причине не подходит, например, по интеллекту или чрезмерно эмоциональная. А это означает, что как бы ни был хорош сам офицер, разведчиком ему не быть. Представители ГРУ являются настолько опытными, что по первому взгляду на домашнюю обстановку принимают решение – пришли напрасно или разговор имеет смысл продолжить. В отличие от других академий, в военно-дипломатическую академию было куда меньше лазеек для поступления по блату. Хотя они и здесь имелись. Это, как правило, офицеры, у которых имеются высокопоставленные начальники ГРУ, Генштаба, Министерства обороны СССР. По сравнению с другими высшими учебными заведениями, эта академия имела куда больше возможностей для работы в дипломатических представительствах за рубежом. Посмотреть на Запад, не говоря уже о том, чтобы там пожить, в те недалекие времена горел желанием каждый советский человек. Теперь о том, как меня вербовали в самую престижную академию Вооруженных Сил СССР. Был понедельник. Проснулся я, как обычно, в шесть часов утра. Затем привел себя в порядок, плотно позавтракал. Сел за письменный стол, и, взяв в руки Устав внутренней службы, повторил обязанности заместителя командира полка по политической части. «Комиссар» отсутствовал, уже три дня пьянствовал. Знание функциональных обязанностей я считал первостепенным делом, что позволяло мне держаться уверенно и беспристрастно перед любыми начальниками или перед своими подчиненными. Потом я направился в полк, который находился неподалеку от моего дома. Едва я переступил порог контрольно-пропускного пункта, как тут же передо мной появился прапорщик, дежурный по КПП. По-молодецки козырнув, он с некоторым волнением в голосе протараторил: |