Книга Звезда бессмертия, страница 136 – Анна Чернышева

— А я ждала вас позже, – мягко улыбается она, вытирает полотенцем мокрые руки.

Саша торопится нас познакомить и тоже удивляется:

— Вы что, уже встречались?

Мы отрицаем, но улыбаемся друг другу, как заговорщицы. Анна Валерьевна манит меня на кухню.

— А меня бросаете одного?

— Ты обещал отцу дозвонится до Петербурга.

Кухня похожа на маленький полигон. Впечатляет меня не меньше хола. Я стараюсь скрыть изумление, бодро спрашиваю:

— Чем помочь, что порезать, настрогать?

— Комбайн настрогает, – смеется Анна Валерьевна. – а ты лучше усаживайся вот здесь, рассказывай, как вы познакомились с моим сыном.

Я сразу теряюсь, трудно выбрать с чего начать. С шапки с помпоном или синяка под глазом. На всякий случай выбрасываю пикантные подробности.

— Мы просто столкнулись на улице.

— Между двумя лужами, уточняет Сашина мама.

— Он вам все рассказал?

— И не один раз, я только хотела убедится, что так оно на самом деле и было.

— Чтобы он вам не рассказывал, в жизни у нас получается еще запутанней, – признаюсь я и прошу, – найдите мне все-таки хоть какое-нибудь занятие, мне просто неловко сидеть сложа руки, когда вы заняты готовкой.

— Тогда, тогда, тогда нарежь колбасу.

Я вооружаюсь ножом, беру тонкую палку копченной колбасы приступаю к делу и удивляюсь:

— Какие у вас ножи острые.

— Вот одно из преимуществ, что в доме двое мужчин. Я и представить не могу, как можно пользоваться тупыми ножами.

— А я только и мечтаю, хорошо наточить хотя бы один, – смеюсь я, – совсем отвыкла от такого удовольствия.

Стараюсь, чтобы колбасные кружочки были тонкими и аккуратными. Резать непривычно легко. Я забываю, что не нужно прикладывать лишних усилий. И попадаю по пальцу.

— Ой!

— Александр! – тут же кричит Анна Валерьевна.

Я стою озадаченная тем, что происходит вокруг. Мой кровоточащий палец , неожиданно вызывает волнение и суету. Прибегает Саша, бросает один взгляд на палец, опять убегает, возвращается с йодом и пластырем, принимается меня лечить. А мне хочется глупо хихикать. Вот уж не ожидала, вызвать такой переполох, своей пустячной ранкой. Покончив с пластырем, Саша говорит, словно оправдываясь:

— Не смотри на меня как на умалишенного! Когда мать медик, привыкаешь крайне серьезно относится к любым мелочам.

— Ты всегда такой заботливый, – улыбаюсь я.

— Только с теми, кого люблю, – шепчет мне он на ухо.

— А как же та негритяночка? – лукаво щурюсь я.

— Она же ребенок, разве ты не любишь детей?

— Так, чисто теоретически.

— Бог с ними, давай опять лечить тебя. От кухонных работ ты по болезни освобождаешься и наказываешься разглядыванием достопримечательностей в моей комнате.

Главной достопримечательностью его комнаты оказывается громоздкий компьютер. Впервые вижу эту игрушку, вот так запросто стоящую в квартире. Хотя судя по Голивудским фильмам, в Америке это уже давно обычное дело. Но гораздо больше меня заинтересовывают многочисленные модели судов, расставленные на полках. От старинных парусников до авианосцев. Я поражаюсь обилию мелких деталей

— Неужели, ты сам все это собирал?

— Собирал, клеил, подбирал одно к другому. В этом же вся прелесть! Не понимаю тех, кто покупает готовые модели. Они теряют массу удовольствия, не желая колупаться своими руками.

— Представляю сколько времени у тебя ушло, чтобы собрать весь этот флот.